Глава 30. Ради детей

Вернуться к — Глава 29. Южные принцессы / Перейти к — Глава 31. Нет бесполезных знаний

В детской половине дворца было прохладно и уютно, бесчисленные незамужние принцессы – сестры и дочери Оснана жили в запретном крыле, принцы – на своей половине.

Энефрей искал брата, Джаллал просил позвать его, когда Фрей поедет кататься на лошадях. Скорее всего старший брат был у принцев.

Красавец увидел старшего принца за столом в саду, улыбнулся и подошел, изящно сел, ткнулся губами в запястье. Саладдину, старшему из детей Оснана, было десять лет. Он был гордым, красивым, безжалостным, но справедливым.

— Пить хочется. Ты Джаллала не видел?

— Вот, щербет. Арджас сказал, что видел, как мама сама делала.

Энефрей налил себе розовую жидкость, сделал несколько жадных глотков.

— Джаллал там, с Амиром. Ждет тебя.

Энефрей вдруг тихо вскрикнул и упал, потеряв сознание. Саладдин подскочил к нему.

— Эне, Эне! На помощь! – принц подхватил невесомого красавца на руки, и побежал во дворец.

На крик Саладдина сбежались дети, Джаллал бросился к брату.

— Эне! Что с ним?

— Я не знаю, он вдруг потерял сознание.

Евнух вырвал Энефрея у принца из рук, и побежал в комнату Оснана, по дороге передавая другим слугам позвать Оснана и Искандера.

Скоро в комнате собралась толпа. Оснан осторожно гладил мальчика. Дворцовый врач осматривал Энефрея.

— Яд, ваше величество, – вздохнул врач.

В комнату вбежал Искандер, евнухи удерживали кричащую Эйшан.

— Эне, — шейх опустился перед сыном, – он… как он?

Лима, Тристакинния и Айваз стояли у входа. Тристакинния вскинула руки к лицу.

Искандер обернулся, заметил Фрея, дикарь посмотрел на шумиху, развернулся и ушел. Почему-то равнодушие Фрея досадно кольнуло сердце. Шейх отвернулся, стараясь выбросить варвара из мыслей, нежно погладил лоб сына. Мысль о том, что он может потерять Энефрея сжигала внутренности.

— Он выживет. Делайте, все, что нужно! – приказал Оснан.

— Я очистил его желудок, сделал надрез и приложил мазь. Нам остается только ждать. Элох велик.

— Кто был с ним рядом? – поднялся с колен Искандер.

— Я, — шагнул к нему Саладдин.

— Покажи мне, что он ел и кто принес еду… — повел принца из комнаты шейх, было невыносимо без дела смотреть на то, как умирает его сын, кроме того, возможно, узнав яд он найдет противоядие.

В тишине раздавались крики Эйшан, остальные молчали. Энефрей иногда содрогался в конвульсиях, но так и не пришел в сознание.

— Сколько ждать? – резко спросил султан.

— Элох знает, ваше величество, — развел руками врач.

— Умрет он, умрешь ты. Мне не нужен врач, который не может спасти достояние государства, – сказал султан, – узнайте кто принес яд.

Фрей вошел в комнату, он был не один, с ним шла статная старуха, с открытым лицом. Черные глаза смотрели на окружающих недобро, темные губы презрительно кривились. Фрей обнимал женщину за плечи.

— Я же говорила, Оснан, мы еще увидимся, – трескуче заговорила она.

— Нуха? – обернулся к ней султан, – Нуха…

— Да, это я. У тебя беда, султан?

— Спаси его, если ты можешь. Я дам тебе все, что ты хочешь.

— Ты не можешь, султан. Ты не можешь вернуть моего сына к жизни. Ты помнишь моего Алила? Ты казнил его.

Оснан потер глаза.

— Алил был воином, мужчиной. Он мог стать верным и жить.

— Как помогает тебе сейчас твоя вера? – усмехнулась старуха.

— Энефрей одной с нами веры, мать, — сказал Фрей.

Нуха накрыла ладонь варвара своей рукой, не отводя взгляда от Оснана.

— Что ты хочешь? – отчаянно выдохнул султан.

— Мой народ будет зваться алил. И ты не будешь мешать нам верить в своих богов. Вы не будете гнать и убивать нас.

Оснан вздохнул.

— Когда-то бывает нужно выбирать, государство или любовь, – усмехнулся Фрей.

— Хорошо. Спаси его, я дам тебе что угодно – земли для твоего народа, защиту… — поднялся султан, – но если твое колдовство убьет его…

— Не угрожай мне, — усмехнулась Нуха, – пошли все прочь.

— Я останусь, – сказал султан.

— Нет, ты уйдешь, — злорадно и уверенно сказала старуха.

Фрей помогал замешкавшимся выйти, обнял султана за плечи и вывел его тоже.

Нуха сверкнула на Оснана черными глазами и закрыла дверь.

— Варвар, как ей можно верить? – нервно спросил султан.

Фрей пожал плечами.

— Я сказал, что ты отстанешь с мертвыми богами от ее народа, если она спасет твоего катамита.

— Где ты нашел ее?

— В трущобах Триболи, – уклончиво ответил варвар.

— Она умеет спасать от ядов?

— Она умеет даже воскрешать мертвых, говорят, – пожал плечами Фрей, – если кто-то и может спасти Энефрея, так это она.

— Она даже не спросила, что с ним.

— Я сказал ей по дороге, что его отравили.

В комнате звонко закричал Энефрей, Эйшан вырвалась и кинулась к дверям, Оснан тоже. Варвар отошел к окну, сел на подоконник, глядя в окно.

— Открой Нуха, открой мне! – потребовал султан.

— Еще рано, – старуха говорила за дверями негромко, но ее было хорошо слышно, – ты тут пока не нужен.

Тристакинния подошла к мужу.

— Фрей, все будет хорошо?

Мужчина пожал плечами.

— Наверное.

— Бедный мальчик.

Фрей не ответил. Он ждал, пока местная язычница выйдет, чтобы проводить ее домой.

 

Саладдин привел Искандера в сад, указал на щербет в кувшине.

— Он только его пил. Его сегодня принес мне евнух, Арджас. Сказал, что это мне мать передала.

— Тебе принес?

— Да. Энефрей искал Джаллала, они должны были с Фреем, кажется, ехать кататься. И Энефрей попросил пить… я не знал, что там яд… — непосредственно сказал принц.

— Спасибо, Саладдин. Ты мне помог. Ты можешь идти.

— Я… вернусь туда, можно? Я хочу знать…

— Да, да, — ответил Искандер, забрал кувшин, – найди мне Арджаса. И в допросную его.

Сказал он стражнику. Тот кивнул и ушел выполнять приказ.

Искандер пошел в допросную. Арджас был уже там. Евнух вскинул подведенные глаза на шейха.

— Ты сказал Саладдину, что отравленный щербет передала ему мать. Кто дал тебе кувшин? Или, может, ты сам отравил напиток?

— Нет. Господин… я пошел на кухню, потому что госпожа Фатима позвала меня к себе, и велела отнести Саладдину, ее сыну, щербет. На кухне я увидел на столе, на котором для нас оставляют подносы с едой для детей, поднос с щербетом… я спросил – это ли для Саладдина? Там была госпожа Амина – она кивнула. Я взял поднос и ушел… я постоянно говорю детям, чтобы они ничего не ели и не пили, прежде, чем попробует собака. Но это дети… они берут сладости у взрослых, у евнухов, которые прислуживают матерям других детей…

Искандер кивнул.

— Если я выясню, что ты мне соврал, я займусь тобой лично, – пообещал шейх.

— Как захотите, господин, — поклонился евнух.

Искандер вышел из комнаты, дал приказ отпустить евнуха, и пошел к султану.

Шейх не мог ни допрашивать, ни даже зайти на женскую половину жен султана.

 

У комнаты Энефрея все так же толпились дети, евнухи, врачи, Торисазы тоже были здесь. Фрей отстраненно смотрел в окно, Оснан тряс двери, но ему мешала Эйшан.

— Что происходит? – спросил Искандер Оснана.

— А? — султан отстал от дверей, мотнул головой, – о небо, я с ума сойду! Уберите женщин!

— Кинния, уведи Эйшан, – сказал Фрей жене.

— Почему закрыта дверь? – спросил Искандер.

— Твой дружок притащил Нуху во дворец, – досадливо проговорил Оснан, – она закрылась с ним там.

Тристакинния подошла к Эйшан, на ломаном ларабавском, стала звать ее с собой. Женщина, на которую, наконец, хоть кто-то обратил внимание, кинулась на грудь к северянке, рыдая. Тристакинния повела ее прочь.

Искандер покосился на дверь. Дворцовый врач все равно предлагал только ждать. Если был шанс, что что-то может помочь Энефрею, Искандер предпочитал им воспользоваться. Шейх положил руку на плечо друга.

— Мне нужна твоя помощь, – он негромко пересказал, что сказал ему Арджас, – я не могу допрашивать Амину. Я не могу даже говорить с ней.

Султан выругался.

— Отродья иблиса.

Фрей тихо фыркнул.

— Идем… — Оснан посмотрел на дверь и отдал приказ, — как только, как только она выйдет – позовите меня. Я в допросной.

 

Амина сидела в полной парандже, не было видно даже ее глаз.

— Ты звал меня, мой господин? – пропела она.

— Открой лицо, Амина, – приказал султан.

— Здесь другой мужчина, мой господин.

— Я приказываю.

Амина открыла лицо. Искандер впервые видел наложницу султана, принцесса была красивой, очень юной.

— Что случилось, мой господин? Почему ты встречаешься со мной здесь, и почему здесь чужой господин?

— Говори, — кивнул Оснан Искандеру.

— Ты указала Арджасу на питье для Саладдина.

— Наверное, я не помню.

— Хочешь пить? – Искандер взял кувшин, наполнил бокал.

— Нет.

— Пей, — одновременно сказали мужчины.

Амина отшатнулась от бокала.

— Я не дура. Мы в допросной. Вы спросили меня про питье и предлагаете пить. В этом змеюшнике кто-то кого-то отравил, и вы подозреваете меня?

— С чего ты взяла, что я буду поить тебя именно отравленным напитком?

— Но вы же хотите проверить, буду я пить или нет. Если буду – то я, по-вашему, невиновна, а если нет – то виновна. Только мне и так и так умирать.

— По мне, так о твоей вине говорит, то что ты не помнишь указывала ли ты Арджасу на напиток для Саладдина, а вовсе не твой отказ пить.

— Я все утро провела на кухне, готовила еду для Амира. Заходило много евнухов, я всем что-то говорила и на что-то указывала, наверное, и на щербет для Саладдина тоже.

— ты помнишь, что это был щербет? – вскинул бровь Искандер.

— Да, я вспомнила, Фатима приготовила щербет для Саладдина и ушла.

— Кто еще что готовил?

— Нимат готовила еду на двоих, не знаю для кого.

— Что она готовила? – резко спросил Искандер.

— Пахлаву. Потом была Бушра она готовила щербет, были служанки они готовили еду для детей и своих господ.

— Какую еду?

— Я не следила за каждой… Сакина брала молоко.

— Еще?

— Малила готовила мясо, я думаю для господина Амелика.

— Что готовила Бушра? – переспросил Искандер.

— Щербет, я же говорила…

— Сакина? – быстро перебил ее шейх.

— Мо… молоко.

— Нимат?

— Сладости… пахлаву, – принцесса облизнулась.

— Малила?

Амина секунду помедлила и ответила.

— Мясо.

— Какой яд ты добавила в шербет, Амина?

— Я ничего не травила.

— Ты умрешь все равно, но как ты умрешь, зависит от того назовешь ты сейчас яд или нет.

Амина рассмеялась.

— Если я умру все равно. Я предпочитаю умереть невиновной. Пусть Амира никто не упрекнет в том, что его мать изменила султану.

Оснан вздохнул, посмотрел в сторону.

— Амир тоже умрет.

Принцесса побелела, бросилась в ноги султана.

— Не убивай его, мой господин, — рыдала она, — пусть меня убьют, я скажу, все, что вы хотите. Да, пускай это я подсыпала яд. Я не знаю какой… не губи своего сына, Оснан!

— Яд, который ты подсыпала в щербет, достался Энефрею. И я употреблю все свое обаяние, для того, чтобы упросить султана, позволить мне лично казнить тебя и твоего сына. Сначала я казню Амира, у тебя на глазах. И я буду это делать медленно, так же медленно, как умирает сейчас мой сын, а потом я заберу все твое достоинство и ты умрешь растоптанной, несчастной и предавшей султана.

— Это белладонна, – выдохнула Амина, – я не хотела травить твоего сына, не хотела… пожалейте моего ребенка! Я хотела, чтобы не стало Саладдина…

В допросную вошел стражник, подошел к Оснану и тихо сказал.

— Мы стали проверять щербет в комнатах дворца и нашли в комнате Энефрея, рядом с его постелью, поднос с отравленным щербетом – проверили на собаке. Малив, евнух, повинился, что щербет принес он, приказала ему госпожа Фатима. Потом он узнал, что Энефрей отравлен и признался. Он у входа. Боится войти и просит вашей милости. Он не знал, что щербет отравлен.

Оснан застонал, поднялся, пнул, цепляющуюся за его ноги Амину.

— всех казнить, бросить всех в тюрьму, пока я не выберу им казнь. Всех – обеих принцесс, всех их детей… и их слуг…

Султан шипя ругательства, пошел прочь из допросной. Искандер вышел следом.

— Вылей яд, — обратился он к стражнику, – из кувшина, в допросной.

— Я даже узнавать не хочу, чем помешал Фатиме Энефрей! – по дороге возмутился Оснан, – надо узнать, у этих шлюх, кто еще имеет злое сердце на Энефрея. Искандер, они так и домой могут подсылать убийц.

Чертов гарем. Меня бы устроил один сераль!

— Если ты будешь убивать своих детей у тебя не останется наследника, – сказал Искандер.

— Я назначу преемником не родного сына, Джалала или Энефрея, например.

— О, нет.

Султан вскинул бровь.

— Я думаю, что это и было причиной попытки убийства.

— Но это же чушь! В Триболи куча детей, я любого могу назначить преемником. Более того, Фатиме бы выгоднее было травить Амира… глупые женщины!

— Ты выделяешь Энефрея.

Оснан печально улыбнулся.

— Все выделяют Энефрея.

— может быть, это ревность?

Султан вздохнул.

— Это глупость. И злое сердце. Все еще заперто?! – тряхнул Оснан дверь.

Нуха открыла двери, и ожидающая толпа кинулась внутрь. Энефрей лежал в постели, легко, по-зверячьи вздрагивая, но он был жив и в сознании.

Оснан кинулся к постели, взял руку мальчика, целуя ее.

— Энефрей, мой Энефрей… мое сокровище… как же ты так неосторожно? Я же тебе говорил, чтобы ты сначала проверял еду…

— Я думал, что это проверенная вода…

Саладдин выдохнул улыбку, увидев живого Энефрея. Мальчик улыбнулся ему в ответ. Оснан проследил за улыбкой Энефрея.

— Уведите его, – приказал он жестко, кивая страже на Саладдина.

— Куда? – встрепенулся Энефрей.

— Он будет казнен, как причина, по которой тебя пытались отравить.

— Не надо, Оснан, – попросил Энефрей.

— Так полагается, Эне.

— Не надо. Принц не при чем. Он позвал на помощь, а ты хочешь казнить его за это? – усмехнулся мальчик.

— Эне, так делают, чтобы другим было неповадно…

— Если из-за меня умрут невиновные – мне будет нечего ответить Бальдру… я тогда тоже не стану жить, – сказал Энефрей.

— Не смей этого говорить! – Оснан не сдержался и хлестнул мальчика по лицу.

Искандер шумно выдохнул. «Бальдру?..» — въелось в сознание шейха, все-таки бабка сделала свое дело. «Бабка…»

— Не принимай таких решений, пока я не вернусь, – сжал колено сына шейх, ближе к Энефрею не позволяли подойти.

— Я скоро вернусь, – тепло улыбнулся Искандер.

Мужчина быстро вышел из комнаты, догоняя Фрея и Нуху, нужно было отблагодарить знахарку.

— …Спасибо, Фрей, за свободу моего народа, алилы будут рады тебе всегда. Если тебе нужно будет укрыться, или тебе нужны будут воины… — говорила Нуха.

— Мне ничего больше не нужно, мать, – улыбнулся Фрей, – достаточно вашей помощи.

— Только скажи – когда. И все, что ты хочешь – будет принадлежать тебе.

— Он и так принадлежит мне, — тяжело выдохнул Фрей и обернулся, увидел Искандера и ярко, солнечно улыбнулся.

— Спасибо, Фрей. Я провожу, – Искандер коснулся плеча Фрея.

— Я сам провожу. Если хочешь – идем с нами, – усмехнулся варвар.

Искандер тихо досадливо выдохнул, коротко прикрыв глаза.

— Я хочу поблагодарить спасительницу моего сына. Я провожу, а ты можешь не ходить.

— Благодари, кто тебе мешает? – фыркнул Фрей. – Или ты хочешь у колдуньи взять приворот, чтобы приворожить мою жену?

Нуха мелодично, весело рассмеялась, смахнула слезы, взяла мужчин под руки.

— Идемте. Никогда мне не уделяли внимание такие красивые мужчины, споря друг с другом.

Искандер, подавляя раздражение, повиновался.

— Спасибо, бабушка, что вернула сына, тебе всегда будут рады в моем доме. Я обязан тебе.

— Хорошо, хорошо, сынок, – вежливо отвечала старуха.

— Кто твой народ? Кто такие алилы?

Нуха жестко сомкнула губы.

— Алил – так звали моего сына. Он был воином, и сражался против вашей веры мертвых богов. Оснан казнил его. Теперь, мы, те, кто не хочет верить в мертвых богов – будем звать себя алилы, – пояснила она.

— Почему мертвых богов? – не сдержался Искандер.

— Ходил ли ваш Элох по земле? Говорил ли со своими верующими, как я говорю с тобой? Спал ли с женщинами или юношами? Утирал ли своей рукой слезы страждущих?

— Почему богов? наша вера говорит, что бог один.

— Ваша вера не единственная. Есть еще веры, в таких же мертвых богов. Для нас вы – верующие в мертвых богов.

— А его боги отличаются от твоих, – указал Искандер на Фрея.

— Мои боги живые. И его боги живые. Это разные боги, – кивала старуха.

Искандер выдохнул улыбку.

— Если не ходил по земле, значит мертвый?

— Если он не живет жизнью своих верующих – значит мертвый, – улыбнулась Нуха. Старуха говорила спокойно, уверенно, тепло.

— А кто твои боги? Кого почитают алилы?

— Алима – первобытийного, Джамилу – красавицу, Эджога— воина, Анхемаса – светлого бога тепла и красоты, богатства и милостей жизни… много их, Богов живых – и тех, кто сейчас помогает, и тех, кто раньше был. Твоего сына Анхемас поднял.

— Что ж поблагодари его от моего имени.

— Хорошо, – кивнула Нуха.

Они дошли до трущоб. Из домов выходили люди, мужчины и женщины, женщины молодые, с открытыми лицами и ногами. Верх неприличия. Мужчины улыбались, приветствуя Фрея, женщины вешались и целовали его. Осторожно смотрели на Искандера. Какие-то девушки облепили и его.

— А ты кто? – спрашивали, белозубо улыбаясь неверные девушки.

— Он мой, — улыбка сошла с лица Фрея, и девушки испуганной стайкой бросились от Искандера, встали поодаль, обсуждая его и чему-то смеясь.

Искандер раздраженно тряхнул головой, отмахиваясь от слов Фрея.

— Ну, вот я и дома, – сказала Нуха, – спасибо, сыночки.

— Бабушка, не стесняйся пользоваться моей благодарностью. Я Искандер Аль-Дива.

— Я знаю, кто ты, сынок, – кивнула Нуха.

Мужчина легко поклонился женщине, и пошел прочь.

— Ты останешься? – спросила девушка Фрея.

— Нет, – улыбнулся варвар, – мать, а что дальше с Энефреем делать? Или сам поднимется?

Искандер остановился, досадливо тихо чертыхнулся, он забыл спросить об этом сам, а Фрей не забыл. И хоть яд был известен и лечение от него тоже было, все же нужно узнавать лечение знахаря, который мог использовать свой особенный способ. Шейх вернулся. Фрей улыбнулся и обнял шейха за талию.

— Поднимется. А ты травник же. Сам знаешь, – улыбнулась Нуха.

Искандеру показалось, что Фрей смутился. Это было странно, он никогда не видел Фрея смущенным. Варвар повел головой.

— Ну да, ну да. Ладно, – Фрей с силой развернул Искандера и потащил за собой.

— Что нужно делать? Я же не травник, – хмуро буркнул Искандер, убирая руку Фрея с себя.

— Я сделаю, – отстраненно сказал Фрей, – я не знаю, как у вас называются эти травы.

Варвар улыбнулся, все так же смущенно.

— Я по запаху.

— Это была белладонна. Его отравили белладонной, – сказал Искандер.

— Да, Нуха умеет определять яды, по тому, как ведет себя больной. Дикая у тебя страна. Детей травят, беременных…

— А также пытают и убивают взрослых, а в твоей стране тоже пытают и убивают, бьют женщин и детей, воины едят ядовитые грибы, чтобы звереть и все воюют ради земли или ради богов, которых никто никогда не видел. Все страны дикие, твоя ничуть не менее дикая.

Фрей рассмеялся.

— Ты разницы не видишь, что ли?.. За что? Вы узнали, за что хотели отравить Энефрея?

— Нет, но я думаю это из-за того, что Оснан может захотеть оставить его наследником, обычно, султанских детей травят поэтому.

Фрей вздохнул.

— Твой сын не будет султаном, даже если останется единственным ребенком во всем султанате.

— Я бы очень хотел, чтобы об этом знали все, чтобы ни у кого не было ни ложных надежд, ни идиотских опасений, – хмуро сказал Искандер.

Фрей усмехнулся.

— Ты бы сказал об этом Энефрею и султану. Оснан скрывает, что владеет твоим сыном, потому что ты будешь против. А Энефрей, как верный наложник, не собирается жить без султана.

Искандер остановился.

— Откуда твои знания? Почему ты считаешь, что Энефрей наложник султана? И откуда знание о том, что он не собирается жить без него?

— Я слушаю людей.

— Кого? – жестко спросил шейх.

— Энефрея, – усмехнулся варвар.

— Энефрей сказал, что он наложник?

— Ну, не такими словами.

— Какими?

— Я пословно не помню.

— Не надо пословно, Энефрей сказал, что спит с Оснаном?

— Да.

— А ты спишь с моим сыном?

Фрей рассмеялся.

— Зачем мне, Иска? У меня ты есть.

Искандер зло скрипнул зубами. Усталость от переживаний за сына, горечь и злость мешались в дикую мешанину, пульсировали в висках и рвались на свободу. Хотелось что-нибудь сломать.

— Знаешь что, спасибо, что привел Нуху. Я зайду вечером за лекарством или передай… нет, лучше лично, я сам. Вечером увидимся, – пообещал Искандер, развернулся и двинулся в сторону от дворца.

— Золотые слова, – рассмеялся Фрей. Он бы пошел за Искандером, но, действительно, нужно было найти в этой чужой стране траву для мальчишки.

Вернуться к — Глава 29. Южные принцессы / Перейти к — Глава 31. Нет бесполезных знаний

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s