13. Королевская семья

Вернуться к — М. Сарин. Икбал Фарук и сокровища короны

Вернуться к — 12. Илзе фон Вольф Требух

— Стоять именем закона! Всем оставаться на месте! Это полиция! Никому не двигатья. Я повторяю, это полиция! Вы понимаете датский? Это по-ли-ци-я!

— Наконец-то вы приехали, мы поймали двух преступников, — сказал дядя, пытаясь казаться спокойным и указывая на Илзе и Берге.

— Привет, я инспектор Скинкелин. Некий господин Назим Фарук сообщил о преступлении против сокровищ короны.

— Да, вы пришли в нужное место, мистер Скинкелин. Они пытались украсть сокровища короны королевы, чтобы продать их за границей, — сказал Тарик.

— Это я позвонил, это я, я звонил! — раздался голос отца. Он шел к нам с пустой коробкой с золотыми петлями под мышкой.

— Скажите мне, правда ли, что сокровища короны у вас? Они в этой коробке? — спросил Скинкелин.

— Они не у отца, у меня, — сказал я, доставая драгоценности из кармана толстовки. Было очень приятно избавиться от них, потому что они были очень тяжелые.

Стало тихо. Даже Илзе и Бёрге согласились, что сокровища красивые.

— Ну как же они прекрасны, — вздохнула Илза.

— Вам должно быть стыдно, что вы просто хотели украсть их. Это драгоценности королевской короны, вы понимаете? — спросил отец.

— Но…

— Никаких но, это просто свинство, мы должны гордиться тем, что мои два великолепных и уважаемых сына спасли драгоценности королевы Маргрет  Второй.

— Я тоже так думаю, и я согласен с Назимом. Это ужасная идея продать сокровища короны. Вы должны быть рады, что вы живете в Дании, потому что иначе вас бы просто расстреляли, — сказал дядя Рафик.

— Разве вы сами не продали драгоценности той крысе в ​​киоске в Истедгаде? — спросил Бёрге.

Но дядя не ответил.

— Ах, извините, я вас прерву. Я уверен, что Ее Величество Королева будет очень признательна за то, что вы сделали, — сказал мужчина в темном костюме, который подошел и пожал руку отцу.

— Ах, это еще кто? — спросил дядя и смутился.

— О, извините. Я Клаус Риснаскос из королевского дворца. Нам позвонил господин Назим Фарук, и я полагаю, что это вы?

— О, королевский дом, — ответил отец и поклонился. То же самое сделал инспектор Скинкелин.

— Я пришел забрать сокровища короны, и я могу заверить вас, что королева с нетерпением ждет их.

Отец передал коричневую коробку Клаусу Риснаскосу, и я аккуратно положил драгоценности в нее. Было немного странно отдавать их. Больше мы их не увидим так близко.

— Спасибо. Я уверен, что Ее Величество по достоинству оценит это, — сказал Риснаскос и пошел к большому синему роллс-ройсу, припаркованному за катафалком дяди.

— Хорошо, тогда мы вернемся в участок, потому что нам нужно допросить этих пройдох, — сказал инспектор Скинкелин, указывая на Илзе и Бёрге, которые теперь стояли в наручниках между полицейскими.

— Прощайте-бывайте. И, Илзе, удачи в новой жизни в тюрьме, — крикнул Тарик, когда полиция уводила ее.

Я помахал Бёрге, который, на самом деле, выглядел грустным.

— Жалко Берге, он же не виноват в том, что его отец был дураком, — сказал я.

— Ну, ты, наверное, прав, но ему просто не нужно было вмешиваться во все это, — ответил Тарик.

— Вероятно, эта Илзе заставила его.

-Это, Икбал, я не совсем понимаю … Как эти молодые люди добыли эту карту и что они планировали сделать с сокровищами короны?

— Не знаю, Тарик, помнишь, ее украли? Это просто не сильно важно…

— Ну, ребята, идем домой, отдохнем и съедим по тарелке чечевицы? — предложил отец.

-Да, давайте. Я голоден, как собака, — сказал Тарик.

— Как насчет меня, Назим? Я тоже хочу немного чечевицы… — сказал дядя.

— Нет, нет, нет, индийская собака, не после того, как ты украл у нас сокровища короны.

— Но я купил вот что на эти деньги.

Дядя указал на катафалк.

-Что? Ты купил катафалк? С гробом? Ты совсем не уважаешь мертвых?

— Ну, это просто фургон, Назим. На самом деле, у меня также есть ягнята для запекания, в гробу.

— ЧТО? РАФИК! ТЫ ПРОСТО ОСЛИННАЯ ЗАДНИЦА!

— О, что? О, Назим, значит, мне нельзя чечевицы?

Папа даже не ответил дяде, направляясь к нашему подъезду. Было ясно, что он просто хотел подняться домой и вздремнуть. Мы с Тариком шли за ним, и вдруг я услышал, как Фатима зовет меня.

— Привет, Икбал, как дела?

Она была с девушкой, которую я не знал.

— Привет, Фатима. Сейчас уже хорошо, но сначала все шло кувырком. Дядя Рафик украл те штуки, которые, как вы знаете, вчера у нас были дома, но нам удалось забрать их у AK 47 Али.

—  Можешь не шифроваться, Майя учится со мной, и она живет в Молодежном доме. Ну, я имею в виду, она жила в бывшем Молодежном доме. Я рассказала ей все, Икбал, не надо было?

— Сейчас уже не страшно, потому что мы только что отдали драгоценности представителю королевской семьи.

— Черт, это правда, что драгоценности действительно существуют. Я немного сомневалась. И вы их нашли! Это хорошо, Икбал, — сказала Майя. — А как насчет Золотых рогов, их вы тоже нашли?

— Это, вероятно, будет невозможно сейчас, потому что они все еще находятся в подвале. А дом снесен, и подвал обрушился.

— Точно, но может быть это и хорошо, что они в земле, ни у кого не будет соблазна снова расплавить их. И, кстати, мало кто знает, что они там скрыты.

— А что бы вы сделали с драгоценностями и Золотыми рогами, если бы вы их нашли?

— Мы передали бы Золотые рога в Национальный музей. И обменяли бы драгоценности на новый дом для молодежи, потому что мы знали, что в какой-то момент нас вышвырнут, — сказала Майя, вздохнув.

— Просто скажи Икбалу, какой бы у вас был дом, — сказала Фатима.

— Ну, мы бы сменяли драгоценности на мэрию Копенгагена. Драгоценности стоят много денег, и мэрия самое крутое место для нового Молодежного дома.

— Ладно, как дико… а откуда у вас карта? — спросил я.

— Самый младший сын Лейфа фон Требуха, украл ее. Он много лет помогал молодежи в Германии, а затем услышал, что нам нужна помощь. Он отправил нам карту. Вот почему кровная семья не имеет значения, — Майя улыбнулась.

Теперь все начало складываться. Подумать только, собственный сын Бёрге украл карту и отправил в Молодежный дом. Хватит с меня впечатлений, просто пойду домой.

— Ну, мне пора, хочешь пойти с нами и поесть чечевицы? — спросил я.

— К сожалению, у меня нет времени, потому что по-прежнему у нас много дел. Увидимся, Икбал, — сказала Майя и шла к Блэгэрдс Пласу с Фатимой.

Я медленно поднялся по лестнице и открыл дверь в квартиру. Но дома тоже все было странно. Тарик перебирал одежду, пытаясь расчесать волосы, а отец стоял на коленях и смотрел на чердак, повторяя:

— О, спасибо, милый, милый бог. Спасибо за этот звонок, спасибо, спасибо!

— О … что случилось? — спросил я.

Отец встал, подошел ко мне и поцеловал меня в лоб.

— Икбал, Икбал, Икбал! Только что позвонили из королевского дома. Королева приветствует нас, и мы поедем туда прямо сейчас. Оденься получше. Мы собираемся в гости к самой королеве Дании!

Я не успел уйти далеко, потому что раздался голос из телевизора. Это был экстренный выпуск новостей.

— Добрый день, с вами новости. Я Бобби Снобби, —  сказал радостно ведущий и поправил волосы. — Дело Молодежного дома резко изменилось. Оказывается, Дас Фатерхаус, владеющий Молодежным домом, и только что разрушивший его, является международным химическим магнатом, а не церковью, как они ранее заявляли. Также выяснилось, что у лидера Дас Фатехауса Илзе фон Вольф Требух были жуткие планы на сокровища короны. Прямое обращение к моему коллеге, который сейчас в Молодежном доме. Лассе Соргенфри, что вы можете сказать о последних событиях? И что за сокровища короны?

— Да, Бобби Снобби, я в центре всего этого. За мной вы можете видеть остатки взорванного Молодежного дома. От него осталось немного, но оказывается, что драма была разыграна в подвале дома. Вы думаете, что это ложь, но драгоценности короны фактически были погребены в подвале со времен Второй мировой войны. Разве это не невероятно?

— Ну, Лассе, а как насчет драгоценностей короны, которые находятся в замке Русенборг?

— Это невероятно, но это фальшивые драгоценности. Да, мы мало знаем об этом, но как только мы все выясним, мы вам расскажем, я обещаю. Лассе Соргенфри, с прямой траснляцией, из Нерребро.

— Спасибо, Лассе. И, как вы слышали, совершенно невероятно, что сокровища короны были погребены там столько лет. Я только что слышал, что лидер Дас Фатерхаус Илзе фон Вольф Требух была заключена в тюрьму со своим мужем Бёрге фон Требухом после жестокой автомобильной погони в Норребро. Также оказалось, что Дас Фатерхаус и их немецкие химические заводы обанкротились. Да, тяжелое время настало для Дас Фатерхауса.

Бобби Снобби улыбнулся.

— И теперь другие новости. Зоопарк в Копенгагене подвергся нападению странных воров. Несколько коз и цыплят были украдены из детского зоопарка. Полиция подозревает, что международная банда гангстеров стоит за …

— Выключи телевизор, Икбал. Звонят! — крикнул отец, который забирал свой индийский выходной костюм.

Я побежал и взял домофон. Это был один из водителей королевы, он сказал, что мы должны немедленно спуститься. Мы быстро оделись и побежали на улицу, где нас ждал красивый синий Роллс-Ройс.

— Улыбайтесь же, улыбайтесь, на нас же смотрят, — прошептал отец и помахал людям, как будто это он был королевой. Я никогда не видел так много людей на улице раньше. Водитель открыл дверь, но как только мы сели в машину, увидели, как дядя Рафик, бормоча что-то, продирался сквозь толпу

— Эй, мужик, куда это ты едешь?

— О, вы из этой же компании, господин? — спросил водитель.

— Да, — сказал дядя, сев в машину, водитель закрыл за ним дверь.

— Рафик, не смей так поступать с нами. Просто выйди, больной осел! — прошептал отец.

— О, папа, слишком поздно, потому что мы едем, — сказал Тарик.

— Отстань, Назим, просто расскажи мне, что здесь происходит!

Папа вспыхнул от гнева, но не мог ничего сделать с  дядей в машине королевы. И это было, наверное, очень хорошо.

— Ну, у меня есть подарок для тебя. Да, это все, что у меня осталось, в дополнение к пяти тысячам АК 47 Али, — сказал Рафик, доставая коробку сигар из пакета и передавая ее отцу.

— О, дядя, отец, не курите, — сказал Тарик.

— О, хорошо, это важная мысль сейчас.

— Дядя, может быть, тебе нужно некоторое время держаться подальше от АК 47 Али, — сказал я.

— Я тоже так считаю, не думаю, что Али счастлив в данный момент.

Дядя больше ничего не сказал, потому что отец взял коробку и ударил дядю ею по шее.

— Держи пасть закрытой, и ни слова не говори королеве. Ты понял, Рафик?

— О, мы едем к королеве? — ответил дядя.

Машина остановилась, и дверь открылась. Человек в темном костюме встретил нас. Это был Клаус Риснаскос.

— Добрый день, дорогая семья Фарук, и добро пожаловать в Замок Амалиенборг. Следуйте за мной. Королева с нетерпением ждет встречи с вами.

Мы шли за ним, поднимались по лестницам, проходили через множество больших красивых комнат, наполненных люстрами, картинами и коврами.

— Представьте себе, что у королевы есть турецкие ковры, как у нас, — прошептал отец.

— Да, мы почти пришли, — сказал Клаус Риснаскос, стоя перед огромной дверью. — Мы стучимся, королева говорит «войдите», мы входим. Не забудьте поклониться, когда я открою дверь. Потом мы подходим к Ее Величеству, и вы снова кланяетесь. И вы заговариваете с королевой, только отвечая, когда она что-то спросит.

— Ты все понял, Рафик? — прошептал отец.

—  Вы что-то сказали, мистер Фарук? — спросил Риснаскос.

— Нет, нет, сэр.

— Я хочу напомнить вам, что Королева не одна, и что его Королевское Высочество принц Хенрик также будет присутствовать во время вашего визита.

Затем Риснаскос постучал и открыл дверь после того, как королева сказала: «войдите». Мы оказались в огромном зале и так изумились, что совсем забыли поклониться.

— Да поклонитесь же, — прошептал Клаус Риснаскос.

Мы послушно поклонились и пошли к королеве, она сидела в огромном красном кресле и курила сигарету, а принц Хенрик сидел рядом со своими двумя таксами на коленях. Когда мы встали перед ней, мы снова поклонились.

— Добрый день, и добро пожаловать в наш дом. Кто же спас наши драгоценности? Кого мы должны благодарить от всего нашего сердца? — спросила королева.

Трудно было поверить, что королева говорила прямо с нами.

— Это мои два сына, стоящие прямо здесь, —  сказал папа с гордостью, указывая на Тарика и меня.

— Дорогие ребята, да, вы должны извинить меня за то, что я не могу встать. Это дьявольское колено, которое все время болит. Ну, дорогие мальчики, принц и я выражаем нашу глубочайшую благодарность. И от имени всей датской нации и народа Гренландии принц и я надеюсь, что вы примете.

Она вручила нам каждому по большой медали.

— Да, это также от нас, — сказал принц Хенрик, улыбаясь.

— Эй, да ты разговариваешь, черт возьми, как наш смотритель Али из Египта, — воскликнул дядя Рафик.

В большом бальном зале стало довольно тихо.

— О, я имел в виду просто …

— Ха, ха. Отлично сказано, — сказал принц, так что его живот затрясся, и таксы тоже начали раскачиваться.

— О да, у принца очень уникальный юмор, а вы кто? — спросила королева дядю Рафика.

— Ну, я любимый осёл мальчиков, и я действительно помог спасти эти драгоценности. О, ты только послушай, королева. О, я имею в виду, Вам следует послушать это, королева, все это, вообще, началось с обезьяны, которую я достал, нет?

— Хорошо- хорошо. Мы очень хорошо думаем о животных, да, Хенрик? — сказала королева.

— Да-да. У меня много было зверюшек, когда я был маленький, — ответил принц и снова засмеялся.

— Хорошо, тогда я достану для вас обезьяну. Вот что я сделаю.

— О, обезьяну? — спросила королева.

— Да, да. Я всегда мечтал стать поставщиком королевского двора, сказал он, — хлопая отца по спине.

— И чтобы показать мою радость сотрудничества, вот вам несколько сигареток, для начала.

Папа просто стоял и отстраненно смотрел перед собой, не сказав ни слова, а королева приняла пачку зеленого «Лука» от дяди с удивлением.

— О, у Ее Королевского Высочества есть еще дела сегодня, и, к сожалению, нам пора, — сказал Клаус Риснаскос и начал выводить нас из зала.

— Да, да, хорошо, и скоро увидимся, я найду для вас отличную индийскую обезьяну с родословной и всем таким, — сказал дядя по пути.

— О, спасибо вам, мы очень признательны, — сказала королева.

— Ну, разумеется!

Риснаскос последовал за нами в машину.

— О, это было, ну, да, поучительно, — сказал он.

В машине по дороге домой было абсолютно тихо. И когда мы добрались до Блэгэрдсгаде, отец молча прошел в спальню и закрылся там.

*****

В офисе было совершенно тихо. Единственные голоса, что я слышал, это голоса детей, которые остались на школьном дворе. Жанетт Ольхольм просто сидела и смотрела перед собой. Через какое-то время она пробормотала:

— Но … ты действительно был у королевы, и действительно ли она курит зеленый «Лук»?

— Да. Она без ума от них.

— А, ну да. А принц Хенрик, какой он на самом деле?

— Милый и смеется все время, так что у него трясется живот, и он разговаривает, как наш смотритель Али, — ответил я.

— О, ваш смотритель Али? Но он из Египта, не так ли?

— Да, но принц Хенрик выглядит так же.

— Ах, я думаю, ты ошибаешься, Икбал.

— Нет, все так, у них на полу были турецкие ковры, и у Али тоже.

— Ого, но не уверена, что …

— Ладно, слушайте, я пойду, становится холодно уже, — сказал я, решив, что и так много времени там проторчал.

— Да, да, конечно, и приходи, когда тебе захочется поговорить, ну, или у тебя произойдет что-то захватывающее. Я с удовольствием… О, я думаю, важно иметь взрослого, чтобы поделиться своими проблемами, не так ли?

— Ну, — внезапно спросил я, — а вы когда говорили с инспектором, а то я что-то его давно не вижу.

— Он поехал в Пакистан, чтобы посмотреть на свой новый роскошный коттедж, — ответила Жанетт Ольхольм.

— Ну ладно, спасибо. Я обязательно зайду еще.

Я вышел из офиса, и на самом деле мне стало намного лучше, когда я закрыл за собой дверь и пошел оттуда подальше. Внезапно я услышал голос Танвира. Он был с Йо.

— А, что ты натворил, брат, помог тебе психолог или как?

— О да, Танвир. Еще как помогло, о да.

— Аррх, что? Почему ты к ней ходил? С мозгами не так что-то? — спросил Йо.

— Что с тобой, Йо, куриные мозги, разве ты не читал газеты, мужик? Икбал и его младший брат — короли Копенгагена, чувак. Они спасли там драгоценности королевы и обезоружили немецких нацистов и все такое.

— Они не были, вообще-то, нацистами, — пробормотал я, но Танвир не слушал:

— Да, да, и они сделал это в бурках. Полная уважуха, брат! — сказал он и поклонился.

— Это было умно, да, Танвир, это же ясно. На кону стояла встреча с этими… Фредериком и его женой, не так ли?

— Харри, Йо, а ее зовут Маргит, тупица[1], — сказал Танвир, и дал ему по шее, убегая.

— Ну держись, Танвир, — ответил Йо и бросился следом.

Я подошел к школьному двору и увидел Мохаммеда, Вана и Ибрагима на скамейке. Я рассказал им про инспектора, который отправился в Пакистан, но они обсуждали нашу классную козу.

— Расслабься, Икбал, яла-била, чувак. Мы найдем нашу козу. Стыдно оставлять ее одну с датчанами, — сказал Мохаммед.

— Я полностью готов. Мы сядем на Свинью, доедем до Гиллелее и освободим козу, — предложил Ван.

— Но нельзя просто взять и поехать в Гиллелее сейчас! – запротестовал я.

— Икбал, мы уезжаем сейчас, а ты наш брат, поэтому ты едешь с нами, — сказал Ибрагим.

— Да, хорошо, давайте вернем эту козу в сектор Газа, — сказал я.

Мы только собрались идти, как увидели, что Йеппе Мёнстед направляется к нам.

— Черт, мужики, бегемот! — воскликнул Мохаммед.

— Ну, сейчас, сопляки, вы мне за все ответите, — сказал Йеппе, когда подошел к нам.

— О чем ты говоришь? — спросил Ван.

-Я скажу тебе, маленький кровопийца. Меня держали в Польше, из-за того, что вы сожгли экскаватор. А потом ваша безумная коза, которую вы притащили в школьный лагерь…

— А, мы как раз говорили о том, чтобы поехать в Гиллелее и найти нашу козу. Хочешь с нами? – перебил я.

— ИКБАЛ ФАРУК! Я ТЕБЕ ПОКАЖУ ТВОЮ ЧЕРТОВУ КОЗУ! — завопил Йеппе и стал совершенно синим.

— Беги, Икбал, беги, как будто из ада! — закричал Ибрагим.

[1] По мнению Танвира так зовут принца Хенрика и королеву Маргрет. Ну, все же лучше, чем Фредерик и его жена.

Вернуться к — 12. Илзе фон Вольф Требух

Вернуться к — М. Сарин. Икбал Фарук и сокровища короны

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s