3. Замок Розенборг

Вернуться к — М. Сарин. Икбал Фарук и сокровища короны

Вернуться к — 2. Запеченный ягненок

Я осмотрел все, что мог, на Блэгэрсгаде и дальше на Корсгаде, вокруг церкви и на школьном дворе. Я знал, что звонок давно прозвенел. Обычно, ничего страшного в том, чтобы немного опоздать, не было, но не тогда, когда у вас был урок у Йеппе Менстеда, заслуженного учителя Дании. А у нас сегодня был именно он. По истории.

Йеппе стоял спиной к классу, и я попытался проскочить незаметно. Он писал что-то на доске о своих любимых королях. Я тихо сел рядом с Ваном и сделал вид, как будто я сижу там с начала урока.

– Ты что, Икбал, опять опоздал, – прошептал Ван.

– Да, мне просто пришлось продать обезьяну, перед уроками, – пошутил я.

– Какую обезьяну, что ты несешь?

Йеппе Монстед, очевидно, имел развитое шестое чувство, он спокойно повернулся и посмотрел прямо на меня, он улыбнулся, смущенно, и стал немного похож на крокодила, который готовится запустить зубы в свою добычу.

– Ну, Икбал Фарук снова опоздал и какая отмазка у тебя на этот раз? О, дай угадаю: это потому что ты выгонял козу из подъезда? Или, возможно, потому что тебе пришлось работать в огороде, перед уроками? Или, наверняка, один из твоих многочисленных кузенов пришел на завтрак?

Весь класс смеялся, и я подумывал что бы ему такого соврать, но тогда он бы просто превратился в синего бегемота, Дольфа, и по-настоящему бы завелся.

– О, я проспал, потому что вчера у нас была вечеринка во дворе.

– Что? Это, черт побери, не повод. Ты мог, по крайней мере, соврать что-нибудь экзотическое и повеселить меня с утра. Но что-то с тобой не так сегодня. Это, наверное, где-то даже хорошо, что ты пришел, вообще, потому что сегодня у нас историческая экскурсия.

Весь класс повеселел, это просто всегда очень круто, когда мы идем на историческую экскурсию.

– Куда мы едем? – спросила Фрейя нетерпеливо.

– Во дворец Розенборг, – сказал Йеппе.

– Эй, сегодня же игра, мы не сможем в перерыв съездить в Эльсинор и вернуться! – сказал Тор, и смутился.

– Тор, черт побери, ты мозг дома оставил, что ли? Замок Розенборг в Копенгагене. Это замок Кронборг в Эльсиноре, не так ли? Ну знаешь, тот Эльсинор, с которого виден Хельсингборг, в Швеции, да? И Гамлет, принц замка Кронборг, на которого я потратил много времени, рассказывая вам это, около двух месяцев назад. Не звенит в голове такой крошечный колокольчик, Тор, а?

– Ну да, тот парень, Омлет, я помню.

Весь класс снова засмеялся, и Йеппе смерил Тора убийственным взглядом.

– Кроме того, помните, позавтракайте плотно, чтобы не проголодаться пока мы доберемся до места. И Икбал Фарук, мы садимся на поезд в 10. 00 ровно, это понятно?

– Да, да, Йеппе, спокойно, я буду вовремя.

– Собирайтесь, дамы и господа, и едем в замок.

– Да ладно, Йеппе, ты не думал, что мы можем отправиться в замок Розенборг, на автобусе? Ну правда, Йеппе? – сказал Ибрагим кисло.

– Ибрагим, ты можешь ехать, хоть на колымаге своего отца, а мы поедем на поезде, – ответил Йеппе недовольно. – А сейчас собирайтесь уже. Нам пора идти. Это здорово, потому что мы увидим Копенгаген с его самой красивой стороны. На самом деле я тут принимаю решения. Никогда не забывайте, ну, маленький Иб, пожалуйста, будь так добр, либо собирайся или можешь идти к инспектору и сидеть там.

Мы все потянулись из класса. Ибрагим был с нами, когда мы, наконец, прибыли в замок Розенборг. И, знаете, замок стоил того, чтобы туда ехать. Это дико прекрасный замок, и хотя я живу в Копенгагене всю мою жизнь, я как ни странно никогда не замечал его раньше.

– Как вы видите, замок построен в стиле голландского Ренессанса, и это, кстати, Кристиан Четвертый его построил.

– Это не тот, у кого было много детей? – спросил Сингх.

– Да, ты прав, Сингх. У него было не меньше 23 детей, а может и больше.

– Святое дерьмо, он настоящий мужик, прямо, настоящий турок, – повеселел Ибрагим.

– Да, да, хорошо, Иб. Также он построил Круглую Башню и Борсен, – рассказывал учитель, – Есть вопросы, прежде чем мы войдем?

– Сэр, почему вы говорите, что это Кристиан Четвертый построил замок, когда он сам его не строил? Моя мама говорила, что мой отец построил наш дом отдыха в Рервиге, и он действительно сам построил его. Кристиан Четвертый, сам не строил и Розенборг, да? – спросила Луиза.

– Ну, Луиза, это просто так говорят.

– Это же что, ты врешь нам, чувак.

– Нет, Мухаммед, я не вру вам.

– Хорошо, но так он построил замок или не построил?

– Да, он построил его.

– Своими руками, как обычный человек?

– Нет, не своими руками, да что ж это такое, он же был королем! – ответил Йеппе немного раздраженно.

– Ну это, значит, он не настоящий мужчина. Мой отец построил наш сарай в Пакистане, а отец мой – настоящий мужчина и вождь нашей деревни. Настоящий правитель сам строит свою собственность, – сказал Мухаммед с улыбкой и кивнул остальным, гордый, как принц.

– Да, да, Мухаммед, черт, но мы не о сарае в Пакистане, здесь говорим. Если вы посмотрите внимательно, то увидите, что это замок. Есть еще вопросы?

– А, Йеппе, что такое голландский стиль Ренессанс? – спросил Мухаммед.

– Это, конечно, не хибара твоего отца в Пакистане, ну, Мухаммед, зайдем внутрь?

Мы пошли через проход и встретили милого старичка, который хотел показать нам все вокруг. Он сказал, что его зовут Берге и он был инспектором, и это был его последний рабочий день. Он должен был уйти сейчас на пенсию, проработав в замке в течение многих лет. Вот почему повсюду висели флажки, пояснил он. Он также сказал, что он знает все закоулки замка от подвала до крыши.

– Ну, дорогие дети, начнем? Это моя последняя экскурсия, так что мне немного грустно, – сказал он, и мы поплелись за ним.

– Да ладно, Берге, ты не должен грустить. Мой папа всегда может нанять еще человека в ресторан, – ответил Мухаммед, дружелюбно улыбаясь.

Он дал Берге визитную карточку ресторана своего отца, тот, казалось, заинтересовался, а затем сказал:

– Хорошо, я сохраню ее, маленький друг.

Мы шли и слушали, и это было дико увлекательно, Берге был, действительно, хорошим гидом. Мы осмотрели весь музей. Каждый этаж и каждая комната имели свою историю и были полны картин, скульптур, украшений и оружия. Берге припас лучшее напоследок, а именно, три зала в подвале. Каждый был более захватывающим, чем прежний, и лучший, наверное, был, третий и последний: в темной комнате со стеклянными витринами, лежали драгоценности и корона из чистого золота, усыпанная бриллиантами и драгоценными камнями.

– Да, мы знаем, что наиболее ценное во дворце Розенборг, а именно сокровища короны. Кто из вас уже слышал о них? – спросил Берге.

– Это драгоценности королевы, и они передаются от королевы к королеве, – сказал я.

– Да, ты прав, мой друг. У сокровищ короны много историй, но есть и та, которую я никогда не рассказывал никому из гостей. Сегодня мой последний день работы, и поэтому я хотел бы поделиться величайшим секретом, который храню всю жизнь.

Берге устало опустился на стул и посмотрел вокруг, проверяя, кто слушает. Мы сели на пол, и с волнением приготовились слушать, тогда он заговорил приглушенным голосом:

– Когда нацисты вторглись в Данию во время Второй мировой войны, мы боялись, что они захотят украсть драгоценности из замка. Поэтому спрятали их в тайном месте.

– Э-э, кто такие нацисты? – спросил Ибрагим.

– Проклятые немцы, тупица, – ответил Мухаммед.

– Не ругайтесь, дети, не все немцы были нацистами. Вот, но один человек спас, как я сказал, драгоценности.

– Где их прятали? – спросила Софи.

– Не совсем прятали, говорили, где-то здесь, в Копенгагене, – сказал Берге. – Тот человек сделал копии сокровищ короны и положил их сюда, в Розенборг, чтобы обмануть немецких нацистов. Никто не знает, кто спас драгоценности, но слухи говорят, что было тайное братство охотников Хубертс.

– Э, Берге, кто эти охотники? Братья Хубертс, это, типа, клуб, или что? – спросил Мухаммед.

– Да, братство охотников Хубертс, это клуб, туда входило много мужчин, они ходили вместе на охоту. Но у них была еще и секретная миссия – присматривать за сокровищами.

– Откуда ты это знаешь? Ты знаешь человека из этого братства? – спросил я.

– Ну знаете, это на самом деле не точно, это всего лишь слухи. Есть слух, что это братство – потомки короля Кристиана Четвертого. У него было много детей, так что, может, это и так. Сокровища короны, вероятно, достали из тайника после войны, но они, к сожалению, не вернулись в Розенборг. Поддельные драгоценности, с тех пор, так и находятся здесь. Так что сейчас вы смотрите, на самом деле, на поддельные драгоценности. Но этого никто не знает. Да, пожалуй, только единицы в Дании, знают об этом. Ну, не считая братства охотников Хубертс и королевской семьи.

– Где же тогда настоящие драгоценности? – спросил я.

Берге пожал плечами.

– Я не знаю, но думаю, все там же, в тайном месте, которым братство пользовалось во время Второй мировой войны.

– Но почему вы рассказываете все это нам? – спросила Рубина.

Берге встал со стула и надолго задумался. Затем сказал:

– Возможно, потому, что королева очень печалится, что настоящие драгоценности исчезли. А может, потому что я уже пожилой человек и боюсь, что история с драгоценностями и золотыми рогами исчезнут вместе со мной.

– Золотыми рогами? – фыркнул Йеппе внезапно, так, что его жевательная резинка вылетела изо рта и прилипла к одной из стеклянных витрин.

– Да, охотничье братство также спасло и золотые рога.

– Ну, золотые рога были украдены в 1802 году из Королевской кунсткамеры, часовщиком по имени Нильс Гейденрейх. Он растопил их у себя на кухне и наделал золотых монет, – сказал Йеппе удрученно.

– Да, золотые рога действительно были украдены в 1802 году. Но братство нашло их и спрятало так, чтобы больше их никто никогда не украл.

– Ну, а что тогда Гейденрейх расплавил на монеты? – спросил Йеппе. Вот лишь бы придираться!

– Это почти правда, то, что вы говорите. Часовщик их украл, это правда. Но рога не расплавили, братство Хубертс в последний момент помешало ему.

– Как это? – спросил я.

– Они нашли Гейденрейха у него дома и забрали рога, прежде, чем он их растопил. Братство решило, пусть люди считают, что рога были расплавлены, тогда их точно больше не украдут. На самом деле, эти рога были как-то связаны с кражей, которой братство тогда занималось, поэтому, они оказались там неподалеку.

– Берге, мы обещаем вам, что история не исчезнет вместе с тобой, – заверил я его.

– Да, Берге, для нас ты всегда будешь супер-Берге, – сказал Мухаммед.

Я думаю, что Берге был вполне счастлив, из-за того, что мы ему сказали, потому что он улыбался всю экскурсию, и держал Мухаммеда и Фрейю за руки.

– Хорошего дня, дорогие ребята, и возвращайтесь, вам здесь всегда будут рады, в замке Розенборг.

Мы шли медленно, наши головы гудели от этих захватывающих историй. Особенно от последней, о сокровищах и золотых рогах. Это было круто, что мы стали одними из немногих, кто знал то, что Берге рассказал нам.

– Успокойтесь, он просто старый дурак и врун. У него дыра в голове, – сказал Йеппе, когда мы вышли из замка.

– Вы не можете так думать! – не поверила Рубина.

– Уж поверь, еще как могу!

А потом Йеппе рассказал, что он выучил в школе и в педагогическом колледже, а именно, что рога были найдены в поле, и что это была самая большая находка в истории Дании. Он также рассказал о часовщике, Нильсе Гейденрейхе, который был еще и ювелиром. Он жил в Ларсбьернстраде, где и спланировал украсть оба рога, что он и сделал. Он растопил их дома, у себя на кухне, но был арестован и просидел в тюрьме почти 40 лет.

– Вся Дания скорбела из-за кражи рогов, и было написано много книг и стихов о их потере. И тут появляется Берге, старый леший, и говорит, что какие-то клоуны, которых всех зовут Хуберт, спасли рога и сокровища короны. И что это поддельные драгоценности находятся в казне. Угораздило же именно сегодня взять вас с собой!

Но весь класс не слушал Йеппе Монстеда, все верили Берге, тут ни у кого не было сомнений – Берге говорил правду.

– Теперь встали по парам, ну-ка, все! Я надеюсь, вы не повелись на старого болвана и его бред?

– Это ты говоришь бред. Сначала ты сказал, что Кристиан Четвертый построил замок Розенборг и Круглую башню, а на самом деле он их даже не строил, – ответил Мухаммед.

– Да, чувак, и потом ты говоришь, что рога растопили на кухне, и это не правда. Он был только осужден за кражу рогов, а не за переплавку. Откровенно говоря, сэр, что с тобой не так? Это ты выдумщик, – сказал Тор.

– Ну я же твой учитель, и не могу…

Никто не ответил, и мы не говорили с Йеппе всю обратную дорогу. Я никогда не видел его настолько удрученным, и, должен признать, что классу это даже понравилось. Мы вернулись в школу, как раз к концу обеда, и уселись на школьном дворе, чтобы насладиться последними минутами, прежде чем зазвонит звонок.

– Вот бы было круто найти сокровища и рога, а? – спросил Мухаммед.

– Да, Мухаммед, но с чего ты хочешь начать? – спросил я.

– Можешь начать с класса физики, уверен, что ты никогда там не был, – предложил Ван.

– Заткнись, Ван. Валла-Билла, я найду их, и когда я приеду на своем новом автомобиле, купленным на деньги, которые я получу за сокровища, тебе я покататься не дам.

– Потише, бро, сначала нужно получить права хотя бы на на мопед, верно? – сказал я Мухаммеду, но он не успел ответить, голоса в школьном дворе вдруг заглушил пронзительный рев. Все обернулись.

– Эй, Икбал, черт, это твой сумасшедший дядя, да? – воскликнул Ван.

– Ну, совсем немного…

Это был он, мой дядя, который убегал от охранника на старом мопеде с большой, зеленой корзиной для молока, привязанной к спине. Дядя, безумный верблюд, усадил обезьяну в корзину и это было даже не самое худшее. У него был большой тюрбан на голове и красная жилетка поверх белой, индийской рубашки. И обезьяна была, блин, в точно такой же одежде.

– Икбал, черт побери, мы заняты и у тебя нет времени ходить в школу, ты должен делать, что тебе говорят старшие. Сейчас же идем со мной!

– Но, дядя, как я могу…

– Просто идем со мной. У меня есть смелый план, и мы просто и быстро заработаем. Помнишь, мы семья, да?

– Эй, что это? Какой, черт побери, классный шлем у вас, а в корзине, это ваш сын? – воскликнул Тор, все засмеялись.

– Просто стараюсь выглядеть должным образом, картошкомозглый, это индийский тюрбан, у меня на голове, а не шлем, – рявкнул дядя.

– Ну и какого черта ты делаешь на самом деле, дядя?

– Икбал, я обучил обезьяну танцевать, когда я играю на барабане, как делают дома, в Индии. Видишь, я даже сшил жилетку и тюрбан.

План дяди заключался в том, что он и обезьяна должны были на площади Блэгэрдс танцами и музыкой зарабатывать деньги, а я должен буду зазывать людей и спрашивать, не хотят ли они купить дрессированную обезьяну с родословной, законно. По словам дяди, они бы своими глазами увидели, насколько она умная, и сразу бы захотели ее купить.

– О, дядя, это звучит очень круто, и я не могу дождаться, чтобы поехать с тобой!

– Ты правда так думаешь? Как хорошо, что я приехал так быстро.

– Нет, я правда так не думаю! Черт побери, мне будет дико стыдно, стоять там вместе со своим дядей и индийской обезьяной в клоунских нарядах!

– Ну я могу тебе тоже дать кое-какую одежду, если это…

– Нет, дядя! Нет, нет, нет!

Дядя не успел возразить, потому что пришел охранник вместе с инспектором и вытурил всех, дядю, обезьяну и мопед со школьного двора.

Вернуться к — 2. Запеченный ягненок

Вернуться к — М. Сарин. Икбал Фарук и сокровища короны

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s