7. Классная коза и экскаватор

Вернуться к — М. Сарин. Икбал Фарук и сокровища короны

Вернуться к — 6. Драгоценности и рога / Перейти к — 8. Кровавые деньги

— Икбал, проснись! Кристиан ждет тебя на лестнице с твоей козой! — крикнул мне Диндуа.

Я вскочил и посмотрел на часы. Девять часов. Я надеялся, что папа ушел на работу, но я был не совсем уверен. Просто лучше бы он не видел эту козу снова.

— А, Диндуа, папа ушел?

— Да, да, он уже ушел на работу. Но Кристиан ждет тебя, Икбал.

— Да, я сейчас оденусь и выйду, но это не моя коза! Так сложно запомнить, да?

Кристиан все еще был одет в одни подштанники, коза сидела у него на плечах.

— Привет, Икбал. Я сильно извиняюсь, но моя новая любовь не может жить с козой. Я забыл об этом совсем, поэтому мы кашляли всю ночь и у нас воспалились глаза. И ты не поверишь, мой милый Икбал, но, когда мы проснулись, моя любовь сказала, что мне придется выбирать между добротой и любовью.

— О, хорошо, я не знал, что у тебя кто-то есть, — сказал я, весь сон с меня слетел.

— Есть, мы познакомились через службу эко-знакомств, так что это именно то, что мне нужно. Но это просто катастрофа, что моя любовь не выносит курильщиков и орехи. Что тут сказать – вот такая плохая, печальная карма.

— О, да, ты можешь опустить таз с козой, и я разберусь с ней.

— Хорошо, так я и сделаю, вот, опускаю эту козу. Но у нас с ней такие близкие отношения, понимаешь же? Может, я загляну как-нибудь, ее навестить к вам, а?

— Я не думаю, что она у нас останется.

— Но, Икбал, разве ты не помнишь ту милую африканскую семью, которая несколько лет назад держала кур в квартире и во дворе? И еще этот мистер Вибрандт, со своим сумасшедшим питбулем, по имени Непал, который съел всех маленьких бедных цыплят. Надеюсь, что они попали в куриный рай!

—  Так, Кристиан, вот почему нельзя иметь животных в доме. Вообще, это мой отец помогал ввести этот запрет, и собаку мистера Виндбранта звали не Непал, а Напалм.

Я быстро вернулся в гостиную, взял сумку и попрощался со всеми. Теперь нужно спуститься вниз, засунуть козу в детскую коляску, и держать ее там, всю дорогу на вокзал, где я должен встретиться с классом. Около умывальника я встретил Тарика. Он подозрительно посмотрел на коляску.

— Эй, Икбал, как дела?

— Чего ты тут делаешь, Тарик?

— Да ладно, Икбал, как ты сам думаешь? О, ты же не собираешься тащить козу в детской коляске?

— Именно так, Тарик. Я не могу ждать Кассыма, да и потом ты сам сказал мне вечером увезти эту козу.

— Да я ж пошутил, умник. Я даже не думал, что ты настолько глупый, что действительно так сделаешь.

— Ну, уже слишком поздно. Сам ты умник.

Я бежал с коляской всю дорогу от Блэгэрдсгаде, вдоль озер, через Вестербро и до самого вокзала, где весь класс ждал. И я опоздал. Как всегда. Но, это потому, что мне потребовалось дополнительное время, чтобы перепрятать козу в сумку и спрятать коляску.

— Объясни мне, что это, черт возьми? — крикнул Йеппе Мёнстед. – ты опоздал, притаскиваешь свой багаж в детской коляске, как цыган. Икбал, почему ты не можешь быть, как все?

Он посмотрел на этих всех и пробормотал:

— Нет, может быть, это плохая идея. – и громче продолжил, — но ты не собираешься тащить с собой детскую коляску? Слушай, Икбал, мы едем в Гиллелее, а не в какую-нибудь банановую республику в Африке.

— Йеппе, это важная штука, нам она пригодится, — сказал я с жаром.

— Пригодится? Каким же образом, позволь спросить? На случай, если ты наберешь бананов в Гиллелее и повезешь их в Блэгэрдстан?

— Отстань, Йеппе. Нам нужна коляска, чтобы везти Золотые рога, которые мы найдем в Гиллелее, —  пришел мне на помощь Мохаммед.

Разумеется, Йеппе перестал это слушать, особенно, когда весь класс начал смеяться над ним.

— Ну-ка прекратили свои нелепые разговоры про Золотые рога. Мне все равно. Давайте, ну-ка. Мы идем на поезд, ялалала, ялалала!

— Что говорит эта подделка под араба? Надо говорить ялла-ялла! — сказал Ибрагим по дороге на платформу.

Я трясся с коляской последним.

— Зачем тебе на самом деле эта телега, Икбал?

— Мохаммед, там коза в коляске, так получилось, что мне пришлось взять ее с собой. Никто больше не мог с этим разобраться, и папа наизнанку чуть не вывернулся, когда увидел козу. Как будто увидел кучу эфиопских террористов.

— Почему ты просто не продал ее кебабщику? Он бы купил. Я слышал, что он покупает даже обезьян, — прошептал Мохаммед, пока мы забирались в поезд.

— Я знаю, не хочу больше ничего слышать об обезьянах.

Поезд ехал в Хиллерод, там мы пересели на небольшой поезд под названием Гризен. Но все прошло не просто, как думал Йеппе, потому что Мохаммед отказался садиться в поезд, который означает свинья.

— Йеппе, мужик, я не езжу со свиньями! — крикнул Мохаммед.

— Так, перестань, Мохаммед, о чем ты?

— Свинья, мужик, это нечисто. Свиньи — это нечистые животные в моей стране, и я не могу ездить на свинье. Я сгорю в аду, Йеппе!

Йеппе, казалось, сейчас взорвется. Он весь посинел. Но вокруг было слишком много людей, которые смотрели на него, поэтому он собрался и попытался объяснить Мохаммеду, что поезд, конечно же, не такой, как свинья, что это просто название. Я также думаю, что сработала угроза отправить его обратно в школу, чтобы он поселился в кабинете инспектора до конца учебного года.

 

Мы, наконец, прибыли на вокзал Гиллелее, и Йеппе побежал в продуктовый, чтобы купить ржаного хлеб. Мы с Мохаммедом быстро вынесли козу на платформу. Ей нужно было подышать воздухом.

— Икбал, слушай, про козу нужно рассказать всему классу, пусть она будет классная коза!

—  Мохаммед, она не моя, и, если Йеппе увидит ее, у него просто будет амок[1].

К нам подошли еще ребята из класса, и, хотя я не считал, что идея с классной козой хорошая, они решили иначе. За исключением Вана, который сказал, что у него есть очень хороший китайский рецепт для козы в соевом соусе.

— Да что с тобой, Ван? Вы в своем Китае едите всё и вся! — крикнул Сингх.

Мы вошли в хижину, она называлась Эдален. Вокруг был лес, и поблизости небольшая река. Хижина была довольно обшарпана, казалось, ее построили триста лет назад.

— Дамы и господа, мы, наконец, приехали и теперь нам просто нужно наслаждаться отдыхом, датской природой и всеми ее прелестями, — сказал Йеппе и вошел в хижину.

— Йеппе, что, черт возьми, это за место? — спросил Ибрагим.

— Что ты имеешь в виду, Ибрагим?

— Вот такой вот отдых? Это домик для свиней, Йеппе. Да сам посмотри. Там ведро стоит, вместо туалета.

— Так, ну-ка взял себя в руки, Ибрагим, или я отведу тебя на следующий поезд обратно в Копенгаген. Во-первых, здесь уборная, а не туалет. А во-вторых, когда ведро наполнится, тебе придется самому его вынести! – рявкнул Йеппе и ухмыльнулся.

— Фу, это отвратительно! — запищала Фрейя.

— Полный отстой. Как если бы мы жили в деревне в Уганде, — сказал Ван.

— Да, чувак, даже в Пакистане, у нас нет ведер вместо туалета. Мы просто делаем это в яму, — добавил Мохаммед.

— Йеппе, это похоже на лагерь Аль-Каиды, зачем ты это устроил? — спросил я.

— Прекратите скулить, вы, кучка бездельников! Заходите, курицы, и стелите кровати. А когда вы закончите, вам нужно будет добыть огонь.

— Да, идем валить деревья! —  крикнул я остальным.

— Ёксель-моксель, Икбал, никто не будет валить деревья. Это охраняемая территория, и вы не должны беспокоить природу, — сказал Йеппе.

— Перестань, Йеппе, огонь не получается из ничего.

— Икбал, включи голову, а? Я пойду вздремну, а вы разведете огонь и приготовите ужин. – сказал Йеппе.

И он закрылся в комнате.

— Какой шерстяной, — прошептал Ибрагим Рубине.

— О, что это значит?

— Мутный!

— Я все отлично слышу, Ибрагим, поэтому ты первый будешь выносить ведро из уборной, — закричал Йеппе.

— У него, очевидно, уши, как у слона, — прошептала Рубина.

Мы постояли немного, глядя друг на друга. Ничего не оставалось, кроме как начать работу. Мы разделились на команды. Мохаммед, Ван, Тор, Ибрагим и я пойдем искать дрова. Мы взяли козу и пошли в коттеджную зону. Это было не так легко, тут было много деревьев и коттеджей с каминами, но нам это никак не могло помочь.

— Давайте просто «позаимствуем» дрова в одном из коттеджей, — сказал Тор.

— Тор, ты не можешь просто зайти и взять что-то, не спросив сначала! – ответил я.

— Уймись, Тор. Нельзя просто вести себя, как вор, — добавил Мохаммед.

— Да что такого? Просто найдем большой дом. У них много дров, никто не заметит, если взять немного.

— Тор, кстати, на площадке огромный «Мерседес». Как думаешь, это может означать, что кто-то дома?

Пока мы разговаривали, гигантская овчарка бегала по другую сторону забора перед входом в дом. Она и так бесилась, увидев нас, а уж когда увидела козу, и вовсе обезумела.

— Давайте убираться отсюда, а то она съест козу! — закричал я.

— Расслабься, Икбал, мы остаемся. Я научился рубить безумных собак в Пакистане, просто нужно оставаться абсолютно спокойным.

— О, я думаю, что это плохая идея, зарубить собаку …

— Икбал, это хорошая идея, и у меня есть китайский рецепт для собаки в супе с лапшой, а затем мы приготовим собаку для Йеппе, — рассмеялся Ван.

К счастью, нас прервал сердитый голос женщины, который кричал что-то непонятное. Мы обернулись и посмотрели на дом. Толстая женщина с короткими белыми волосами быстро шла к нам.

— Я вас спрашиваю. Вы датский понимаете? Что вы тут делаете? Я с ума схожу или с вами коза? — закричала она.

— Успокойтесь, дамочка, мы ищем что-нибудь для костра, а ваша больная собака чуть не убила наш классный талисман. Хорошо, что вы пришли, мэм, потому что иначе я бы разделался с ней по-пакистански, а это зрелище не для детей, — сказал Мохаммед.

— О чем ты говоришь, парень? И собака, конечно, не больная!

— Он имеет в виду, что мы ищем дрова, и просто испугались вашей собаки, — объяснил я.

— Убирайтесь, иначе я позвоню властям.

— А что это такое? — спросил Ибрагим.

— Это злая полиция! — прошептал Ван

— Я вызываю властей, если вы сами не уберетесь, и, пожалуйста, заберите свою козу. Карл Хайнц, домой! — сказала она собаке и быстро ушла в дом.

Я вдруг задумался, не собака ли это Берге? Вряд ли многих собак зовут Карл Хайнц. Но, с другой стороны, разве мог Бёрге водиться с такой, как она.

— Ведьма какая, — сказал Ван, когда мы ушли.

— Ей бы не помешала диета, — добавил я.

Внезапно Ибрагим крикнул:

— А сейчас Ибрагим научит вас, ребята, как найти огонь! – он помчался вперед. Мы, вместе с козой, старались не отставать. Наконец, Ибрагим остановился и сказал, —  смотрите, вот наши дрова!

— Ибрагим, твоего ж верблюда, это телефонные столбы. Раскрой глаза, тут прокладывают телефонную линию.

— Расслабься, Икбал. Ибрагим прав. Они тут, ими никто не пользуется, так что пока никого нет, мы можем их взять.

— Да, послушай же, мы не можем просто стащить телефонный столб. Он весит сто тонн или что-то около того.

— Икбал, мы возьмем тягач у рабочих. Возьмем один, и я обещаю, мы потом вернем его обратно, — сказал Ван, который уже был на пути к огромному экскаватору.

Я посмотрел на остальных, надеясь, что они остановят Вана, но они просто стояли и улыбались во все зубы. Внезапно раздался грохот. Ван соединил провода и завел экскаватор. Сел в кабину и помахал нам, как будто боялся, что иначе мы не увидим его.

— Черт, что делает этот китайский пожиратель собак? – закричал я.

Но никто не ответил, потому что теперь помимо грохота, экскаватор начал пылить. Ван не мог понять, как им управлять, и вдруг экскаватор начал разворачиваться. Ван не выглядел очень счастливым, и когда экскаватор поехал назад, мы слышали, как он что-то кричит на китайском.

— Черт, мужик! Он едет прямо в дом ведьмы! — крикнул Мохаммед.

Мы с ним закрыли все наши четыре глаза, а Ван и экскаватор подъехали к забору, раздался взрыв, и мы открыли глаза. Задняя часть Мерседеса стала ровной, как стена. Экскаватор проехал мимо и направился в нашу сторону. Мы бросились врассыпную, ныряя в кусты вдоль дороги. Мохаммед, к счастью, забрал и козу, иначе бы она попала под экскаватор Вана.

— Эй, что такое? — закричал Ван, остановившись прямо перед кустами, где мы лежали и орали, как цыплята, перед ножом мясника.

Отдышавшись, я сказал:

— У тебя совсем крышечка съехала, Ван …

— Икбал прав, Ван. Ты настолько болен, что не смог снести дом ведьмы, — сказал Тор, смеясь.  — О, ребята, что означают синие огни? — спросил Ибрагим и указал на дорогу, где белая машина с синей мигалкой ехала к нам.

— Бежим! – закричал я.

Мы помчались по дороге. Мохаммед, Ван, Ибрагим и я схватили по ноге козы, которая болталась в воздухе, и перепрыгнули через забор какого-то двора, где стоял маленький белый коттедж. Мы затихли.

— Мее, — сказала коза.

— Заткните эту козу или я сделаю из нее суп, — прошипел Ван.

Я не знаю, поняла ли коза его, но она заткнулась.

Полицейская машина остановилась у экскаватора, два офицера вышли и быстро осмотрелись, потом снова вскочили в машину и поехали вперед, высматривая нарушителя.

— Бежим, ребята, пока они не вернулись, — рявкнул я остальным.

— Но нам нужно забрать столб, Икбал, иначе мы не разведем костер, — сказал Ибрагим.

— Честно говоря, Ибо, иди ты к черту! Мы не можем донести столб, и Ван, очевидно, не может его привезти.

— Расслабься, Икбал, это только сначала трудно, да же, Ван? — спросил Мохаммед.

— О, да, да! Я уже разобрался, как им управлять.

Ван снова попытался, и я должен признать, что на самом деле все прошло хорошо. Он поднял телефонный столб и поехал по маленькой гравийной дороге в нашу хижину. Одноклассники обалдело пялились на экскаватор с огромным телефонным столбом, которым управлял Ван.

— Ну вы даете, — сказала Рубина, когда мы, гордые успехом, встали рядом с экскаватором.

— Ой, да расслабься, — сказал Мохаммед, — у нас нет других дров, и если бы мы не нашли телефонный столб, то остались бы без обеда.

— Мы действительно пережили столько опасностей, чтобы добыть этот столб, — добавил я, — там была огромная собака и сумасшедшая ведьма, и копы преследовали нас.

— Вы кучка врунов, — сказала Фрейя, взяла Рубину за руку и пошла к остальным девочкам.

— Ты просто не понимаешь важность огня, — сказал я, пытаясь разжечь телефонный столб. На самом деле ничего не случилось, потому что бревно было слишком большим и толстым.

— Просто облейте его бензином из экскаватора, и получится.  — Сказал Сингх, подходя к нам.

В экскаваторе действительно стояла канистра с бензином, мы хорошенько обили столб, и, когда канистра опустела, я чиркнул спичкой и осмотрел всех, кто вместе со мной переживали этот торжественный момент. Какая-то мысль билась у меня в голове, но я не мог ее уловить, я поджег столб и понял, что это за мысль была, но столб уже занялся огнем.

— Да, вперед, поджарим его! — воскликнул Тор.

Я победно улыбался остальным, когда столб загорелся, но вдруг огонь перекинулся на лужицу между столбом и экскаватором. Взметнулись огромные языки пламени, один попал в кабину экскаватора, и она быстро загорелась. Еще один коснулся верхушек деревьев, и они тоже загорелись.

— Дерьмо, чувак, нужно как-то погасить огонь! — закричал Ибрагим.

Мы побежали к дому, за водой, но остановились всей толпой, когда увидели, что Йеппе, с открытым ртом и всклокоченными волосами стоит в дверях.

[1] Амок – изначально состояние наркотического опьянения у островных племен, в котором они впадали в слепую ярость, долгое время термин означал бешенство у собак, после рассказа С. Цвейга — психиатрическое расстройство, характеризующееся внезапной яростью и желанием убивать.

Вернуться к — 6. Драгоценности и рога / Перейти к — 8. Кровавые деньги

Вернуться к — М. Сарин. Икбал Фарук и сокровища короны

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s