Глава 4

Вернуться к — Глава 3 / Перейти к — Глава 5

Я вставил ключ, повернул его вправо два раза и один раз влево, чтобы отключить сигнализацию и забрался внутрь. Я просто посидел с минуту в нем, иногда я даже спускаюсь в гараж, просто посидеть в Плимуте.  Плимут 1970-го года, который стоил сорок тысяч долларов. Предполагалось, что он станет самым крутым такси в Нью-Йорке. У него автономная задняя подвеска, поэтому этот автомобиль не трясет даже на Вэст Сайд Хайвей. Бак на сорок галлонов, впрыск топлива, так что он не застрянет в дороге, монстр-радиатор с соединительными трубками для охлаждения масла и трансмиссионной жидкости, чтобы он не перегревался, никогда не выцветающие дисковые тормоза со всех сторон, пуленепробиваемые Лексан вместо стекла во всех окнах, и бамперы, которые могут выдержать удар носорога. Он весит около двух с половиной тонн, поэтому он не умеет реально разгоняться, но когда его делали, о таком не думали. Парень, который собрал все это, сказал мне, что это седьмая версия, и он переделывал его, до тех пор, пока не понял, что теперь все сделано правильно. Супер-такси должно было сделать его богатым, достаточно богатым, чтобы его жена могла иметь все, что хочет. Но со временем они все потеряли, такси было прожорливее наркомана. Все, что парень сделал, это водил такси и придумал эту модель.

Я сел в эту машину впервые, когда парень нанял меня проследить за его женой. Ему пришла в голову мысль, что она встречается с кем-то еще, и он узнал обо мне от мамы Вонг, где он ел во время поздней смены.

Я пришел. Он сказал мне, что там, вероятно, ничего и нет, но он просто хотел быть уверенным, ты же знаешь. Мне не потребовалось много времени, чтобы выяснить, что делает его жена. У нее была подружка в том же доме. Я смотрел и слушал несколько дней, но я не хотел просто рассказать мальчишке, что его жена изменяет ему с женщиной, я полагал, что за этим что-то стояло.

Однажды ночью я пришел к его жене, пока он был на работе. Я знал, что она всегда выжидала пару часов, прежде чем подняться к своей подруге, поэтому я просто постучал в дверь.

— Да, кто это?

— Меня зовут Берк, мэм. Я насчет вашего мужа.

Она быстро распахнула дверь. На ней был старый халат, но лицо было накрашено.

— Что? Что случилось? Он?..

— Ваш муж в порядке, миссис Джефко. Я делал для него определенную работу, и я должен поговорить с вами об этом.

— Слушай, если это про эту проклятую машину, тебе лучше увидеться с ним. Я не…

— Дело не в машине, мэм. Могу я зайти на минутку?

Она внимательно посмотрела на меня, пожала плечами, отвернулась и пошла в гостиную. Я последовал за ней, но я прошел мимо входа в гостиную и сел за кухонный стол. Она взяла сигареты с холодильника и села лицом ко мне.

— Миссис Джефко, я частный детектив. Ваш муж меня нанял. . .

— Черт возьми, следить за мной, да? Я знала, что он это сделает. Мари говорила, что рано или поздно он это сделает.

— Не следить за вами, мэм. Он знал, что вы несчастны, и он подумал, что, возможно, с вами что-то не так, возможно, что-то медицинское, о чем вы не говорили ему. Он беспокоился о вас, вот и все.

Она делано рассмеялась.

— Беспокоился. Какое прекрасное слово. Все, о чем он беспокоится, это этот долбаный автомобиль и миллионы-миллионы долларов, которые он собирается сделать на нем когда-нибудь.

— Вы знаете, зачем ему столько денег, миссис Джефко?

— Нет. Я знаю, почему он говорит, что ему нужны деньги. Для меня, правильно? Это херня, ему не больше дела до меня, чем мне до этой машины. Он больше не разговаривает со мной, никогда не смотрит на то, что я ношу, больше не хочет ничего делать со мной вместе. Мари говорит …

— Я знаю, что говорит Мари.

— Откуда ты можешь это знать? Записываешь разговоры или как?

— Нет, но я знаю, как звучит вербовка.

— О чем ты говоришь?

— Мари понимает вас, да? Мари знает, что вы действительно очень чувствительная личность, с многими неразвитыми талантами, не так ли? Мари знает, что вы рождены для лучшей жизни, чем сидеть в этой жалкой квартире, ожидая, что какая-то жирная обезьяна вернется домой. Мари знает, что у вашего мужа чувствительность свиньи, верно? Он даже не умеет заниматься любовью, верно? Просто трахается.

Она просто сидела и смотрела на меня.

— Возможно, все так и есть.

Я посмотрел на нее.

— Может быть, все так и есть, я не знаю. Но я знаю, что твой муж любит тебя, это точно. Я знаю, что он может стать кем-то, и что он хочет, чтобы ты тоже кем-то стала. Но у него нет шансов соперничать с Мари, не так ли? Он должен работать.

— Мари тоже работает.

— Вы знаете, что я имею в виду, миссис Джефко. Это должно закончиться.

— Ты не можешь заставить меня сделать что-то, у меня своя жизнь …

— Я не говорю вам, что делать, я говорю, что это должно закончиться. И вы это знаете. Рано или поздно ваш муж узнает, или вы переедете к Мари или что-то еще случится. Я просто хочу сказать, что как было, это не будет продолжаться.

Я посмотрел ей в лицо, и я увидел, что она не загадывала так далеко, хотя вероятно Мари — да. Затем она спросила меня, что ей делать, и я сказал, что не знаю. Я сказал ей, что единственной причиной, по которой я пришел, было то, что я не хотел быть тем, кто скажет ее мужу обо всем этом, что она может попытаться начать с ним все сначала, или, может, переехать.

— Поговорите с кем-нибудь, или друг с другом. Я не знаю. Сделайте что-нибудь.

— Ты не выглядишь, как Дорогая Эбби[1].

— А как я выгляжу?

— Ты выглядишь, как неприятный холодный тип. И я думаю, тебе лучше убраться из моего дома.

Я тоже так думал. Мне больше нечего было сказать. У меня не было нужных слов, и она понимала это. Я вернулся в офис. Когда я увидел парнишку, несколько часов спустя, я сказал ему, что его жена не изменяет ему с мужчиной, насколько я смог выяснить.

Пару дней спустя он выволок меня из кафе «У мамы Вонг». Он сказал мне, что его жена ему все рассказала, в том числе, про мой визит. Он плохо выглядел, и он не знал, что делать.

— Мистер Берк, я знаю зачем вы ее навещали. Вам нужно было сказать мне самому. Вы не чертов брачный консультант. Это моя проблема и я смогу с ней справиться.

— Хорошо, парень, прости.

— Ага, прости. Ты все сделал неправильно. Тебе следовало просто сказать мне.

— Слушай, парень…

— Да иди ты, а! Сколько я тебе должен за твою работу?

— Две сотни.

Парень посмотрел на меня, пытаясь успокоиться. Наконец, ему это удалось.

— Ну, тебе следовало почесаться за эти деньги, Берк. Я не заплачу тебе. Ты не сделал свою чертову работу. Как тебе это?

— Хорошо, парень, — сказал я и пошел прочь.

Я знал, что он пялится мне вслед, но, как он сказал, я не заработал денег.

Мама Вонг передала мне письмо от парнишки, несколько недель спустя. Как только я увидел обратный адрес, я понял, что случилось.

Я пошел к парням в Гробницах, надел свои красивые запонки, взял дипломат, полный папок с файлами и визитных карточек, на случай, если охранники захотят проверить, адвокат ли я. Но им было наплевать. Они задержали этого парня за убийство, его жены. Он выглядел нормально, когда его привели в комнату для допросов, спокойно и расслабленно, в руках он держал кучу документов.

— Мистер Берк, мой адвокат говорит, что через несколько недель я предстану перед судом. Сначала я хотел поговорить с вами.

— Что я могу сделать сейчас?

— Теперь никто ничего не может сделать. Я сделал то, что должен был сделать, то, что я считал правильным. Так же, как и вы, точно так же, как и она. Сначала я должен кое-что прояснить. Про мою машину.

— А что с ней, парень?

— Я не хочу, чтобы адвокат ее получил, ясно? Мой отец уже заплатил слишком много. Мой отец больше ничего не может, он хочет, чтобы я получил за непредумышленное убийство или что-то вроде того, тогда я получу несколько лет. Я не хочу несколько лет.

— Вы хотите, чтобы я расследовал…

— Я не хочу, чтоб вы что-то делали, мистер Берк. Я понял кое-что. Не все, но кое-что, зато довольно хорошо. Я просто хочу привести дела в порядок.

— И что вы поняли?

— То, что случилось. С Ненси ничего не могло получиться. Я знал это, я думаю. Но если этот чертов адвокат получит мою машину…

— Что ты хочешь, парень, я не могу просто…

— Вот бумаги. Мне прислал их отец. Я хочу переписать ее на тебя, я должен тебе денег, как-никак. Кроме того, ты будешь пользоваться машиной, да? Я имею в виду, ты будешь ездить на ней по улице, на работу, да? Я не хочу, чтоб они спустили ее с аукциона, чтобы заплатить этому уроду.

— Слушай, ты не должен этого делать. Ты молод, у тебя еще будет время. Я знаю, я был там. Это плохо, но не невыносимо. Есть пути, по которым ты сможешь пойти. И тогда ты выйдешь и закончишь машину.

— Машина закончена, мистер Берк. Она теперь долго прослужит, я думаю. И дело было не в деньгах, понимаете?

Сейчас я понимаю, но тогда не понимал. Парень переписал машину на меня, и я ее зарегистрировал. Я даже нашел парня, который застраховал меня, с минимальным покрытием. Этой машине не нужна была страховка.

Было не трудно догадаться, что парень собирался сделать. Я ничего никому не сказал. Он был мужчиной и заслуживал уважения. Даже охранники знали, поэтому они поместили его в камеру, защищенную от совершения суицида. Но это его не остановило. В конце концов, он был техническим гением, как говорили. Он повесился пару дней спустя. Я слышал, что его адвокат спрашивал про машину, но они нашли другой Плимут 1970, который этот парень разобрал на части.

Это было несколько лет назад. Раньше, я вспоминал этого парня, каждый раз, когда вел Плимут. А потом перестал, до сегодняшнего вечера, почему-то.

 

[1] Колонка советов в американской газете

Вернуться к — Глава 3 / Перейти к — Глава 5