Анонс

#творчество Главное мое достижение года ^__^
Ну, и то, что я понял, что такое пределы и бесконечная последовательность чисел, конечно %))

Image may contain: text

Albireo — Meine Kreative Gruppe

#Анонс #Announcement

We have great news, in march there’ll be published the continuation about the already famous and favorite character Amiy Lyuterna from «Elohim is a plural» in the Milky Way magazine. This will be a magazine version named «No time».

Don’t miss it!) Order and buy the magazine.

У нас прекрасная новость, в марте в журнале «Млечный путь» выйдет продолжение про уже известного и полюбившегося героя Амия Лютерна из «Элохим — число множественное». Это будет журнальный вариант повести под названием «Нет времени».

Не пропустите продолжение!) Заказывайте и покупайте журнал.

#книги #AlbireoMKG #модночитать
#научнаяфантастика #pic #pictures #pictureoftheday #bookstagram #scifi#книгидлявзрослых #sciencefiction #святославальбирео #svyatoslavalbireo #detective#детектив #Notime #Нетвремени #Элохимчисломножественное #Elohimisaplural#project #book

Полную версию рассказа можно прочитать здесь: https://litmarket.ru/books/net-vremeni

от восхитительной Айны.

#кино

Все так. Как говаривал Феликс свет Эдмундович, после того, как на него и на его товарища напали нанятые за пять копеек рабочие же, за то, что те устроили забастовку: как же многому еще нужно учить людей. Насколько же их доконала система, что они даже не понимают, что эта борьба за них же. Как можно осуждать их, несчастных, которые вынуждены продавать свое будущее за копейку, потому что дома у них голодные дети уже сейчас.

Но вот удивительно. Сто лет каких-то прошло. Все данные еще тут. Опыт, мысли, еще ничего не уничтожено, не затерто. Учись, узнавай. Но нет. Люди — следствия, а не причины.

Я тоже знаю одного неплохого парня, жертву капиталистической системы. Он очень одаренный. Он неплохо соображает. Он быстро учится. Он бы мог стать… по кому вы там фапаете… Джими Хендриксом, Дэвидом Гарретом, Зинчуком, если бы образование. Если бы не капитализм. А так — он не может хорошо кончить. У него, конечно, есть выбор, но ему нечем его совершить. Он уже озлобляется, он уже впадает в отчаяние. Он мог быть благородным, но ему придется быть малодушным. А ведь он очень молод, он только начинает жить. Начинал бы. В клятом совке. А тут ему приходится быть паразитом. И ведь этот парень — это срез поколения. Он не один, не уникален. Да, может, он еще сильно молодая душа, и сознание не определяет его бытие. Но ведь именно таким бы и нужно бытие, чтобы подтягивало сознание. Диалектика. Никуда ты без нее. Кому-то бытие определяет сознание, кому-то сознание определяет бытие. Но для лучшего мира, нужно учитывать и тех, и других.

Image may contain: 1 person, text

Ayna Spirit

2 hrs

«Паразиты»/Gisaengchung/ 2019

Герой вечно тащит в гору здоровый камень и не будет никогда конца его мукам. Другой герой тратит жизнь на приобретение дома, который становится его тюрьмой или могилой. Что общего у этих сюжетов? «Это так метафорично!», как говорит один из героев и приходиться согласиться с ним. Центральная метафора «Паразитов» заложена в названии, на это намекают с самых первых кадров, показывая таракана на грязном столе. Но несмотря на всю несимпатичность этих существ, паразитизм — это не оскорбление, а функция, защитный механизм, позволяющий приспосабливаться к среде.

На первый взгляд, в предложенной схеме из двух симметричных, но очень разных семей (папа, мама, сын, дочь) название относится к ушлым беднякам, присосавшимся к наивным богачам, чтобы тянуть все соки. Они присваивают себе то, что им не принадлежит, ловят халявный вай-фай из соседнего кафе, не закрывают окна квартиры перед проезжающей машиной дезинфекторов («пусть и нам бесплатно потравят») и прямым текстом сами же себя сравнивают с тараканами. Однако, если подумать, то Кимы, в отличие от истинных паразитов, хотя бы на самом деле работают и исполняют свои обязанности по-своему добросовестно и качественно. Да, эти «маленькие люди» идут по головам, совершают аморальные поступки, лгут и подставляют представителей собственного класса. Однако, парадокс в том, что по итогам перед судом они предстали вовсе не за это. А их реальные преступления (то бишь подделка документов, мошенничество) базируются на самом общественном устройстве, а также на тщеславии и гоноре хозяев. Это же Пакам были нужны понты, престиж, статус, самые лучшие репетиторы для детей, самая лучшая прислуга — чтобы с именами, рекомендациями и документами, «чтобы все, как людей, только лучше» и чтобы перед соседями было чем гордиться. Это Паки так боялись за свою репутацию, чтобы выставить, даже не потрудившись нормально поговорить, двух человек, которые работали у них годами. Они же в своем стеклянном доме, как в пузыре или на другой планете, изолированны от реальности, поэтому не понимают своих работников, не представляют, чем они живут и как. У них «хорошо, что дождик прошел», в то время как другие жилья лишились. Финал, когда глава семьи требует шофера с умирающей дочерью на руках, ехать в больницу из-за того, что у него самого сын в обморок упал, а потом еще и достает ключи от машины из-под трупа, зажимая нос (от плебса же плохо пахнет), то уже какой-то верх отмороженности. И все в этой семье такие — включая детей. В фильме же явно показано, что поведение членов этой буржуазной семьи— это никакая не их простота и наивность, ибо слово «наивность» имеет скорее положительные коннотации, а следствие абсолютной оторванности от жизни, отсутствия эмпатии, крайнего эгоцентризма и да-да, того же паразитизма, только рангом повыше.

Что касается Кимов, то у нас в стране их тоже полно. Это они хорошо поставленным голосом донимают по телефону предложениями «абсолютно бесплатного сеанса массажа», любезно впаривают пенсионерам пылесосы, биодобавки от всех болезней на свете и «более новые и сертифицированные счетчики» взамен старых или представившись работниками «медцентров», приглашают в свою клинику попробовать сверхсовременный метод лечения, где подготовленный персонал будет внушать пройти полный курс, а если клиенту он покажется дороговатым, то подведет юриста, который предложит заключить договор на выгодный кредит. А во главе таких контор сидят люди похожие на Паков. Только их окучивают свои Кимы, уровне повыше, раскручивая на брендовое говно по баснословным ценам, «арт-терапию» и «тренинги для успешных людей». И так до самого верха, где сидят паразиты, сосущие нефть, разведанную не ими, по трубопроводам, построенным не ими же. Фильмовые паразиты-Кимы, несмотря на все их многочисленные пороки, все же приятней подобных вурдалаков. Такова пищевая цепочка просто

Кимы по-своему умны, способны, сообразительны, они могли бы продуктивно работать на нормальной работе и учиться. Просто им не повезло оказаться на самом дне капиталистической системе, а единственная форма солидарности, которую они понимают — это солидарность со своей семьей. Свой дом — хата с краю, своя шкура, которая ближе к телу, «подумай лучше о себе, наплюй на остальных». И та безумная идея, обращающая кости в прах и заглушающая сигналы мозга — а чем, собственно, мы здесь, внизу, хуже тех в «Граде на холме»? Разве они умнее нас? Трудолюбивей нас? Может у них есть хотя бы есть моральное превосходство? Нет, нет и нет. Значит это мы этого, как говорится, достойны! Мы и есть миллионеры, просто пока не реализовавшие себя». Эта зыбкая надежда и есть та невидимая рука рынка, а вовсе не честная конкуренция. Так предают друзей, подставляют коллег, идут на выгодный брак, пускаются в самые безумные бизнес-авантюры и живут по принципу «умри ты сегодня, а я умру завтра». Дайте такому «маленькому человеку», отчаянно царапающемуся за лучшую долю, идею о собственном превосходстве и власть, так он еще не такое устроит. Потому что последнее, о чем будет думать тонущий в дерьме человек (а в фильме герои тонули в дерьме буквально), так это о нравственном императиве Канта. Потому что принцип «бытие определяет сознание» еще никто не смог отменить. Впрочем, и оправдаться им тоже никто не смог.

Где-то в другой вселенной.

«Человек, который был Четвергом» Гилберт Кит Честертон

Честертон смог удивить. Его небольшой роман необычен и разобраться, о чем он похоже нет никакой возможности, потому что даже переводчик в своем послесловии смогла внести лишь смуту говоря о том, что все, что ты предполагаешь — это совсем не то, что имел ввиду автор, но вот что точно он имел ввиду, Трауберг нам тоже не говорит, только сильно отстаивает, что Честертон не любил умников-заучек, а любил простых людей и писал для них. И очень хочется увидеть мне тех простых людей с какими встречался автор, чтобы понять кто они эти люди, для которых он писал и что в головах этих людей, что легко поняли «Человека, который был Четвергом». Для меня не было и спасением то, что Трауберг заявляла как помощь от Честертон в подмогу читателю — приписку к названию романа (страшный сон).

Поэтому я пошла простым путем, (что собственно и ожидается от простого человека). Если есть эпиграф к роману, значит он зачем-то нужен. С него и начнем. Честно скажу — эпиграф прекрасен! Когда ты знаешь все сноски и читаешь его, не отвлекаясь и после романа, потому что ты забыл уже о чем эпиграф, то картина начинает постепенно выстраиваться. Я не говорю, что я права относительно того, про что книга, я лишь нашла выход понять ее опираясь на слова автора, потому что без этого можно порваться на части предполагая смысл и послание)

Если вы не читали романа, то кратко расскажу происходящее. Все начинается невероятно красиво и даже чуточку предсказуемо. Встречаются два молодых человека и один оказывается полицейским под прикрытием, а второй анархистом… ну будем считать тоже под прикрытием, а прикрытие было простое, чтобы скрыться — оставайся на виду. Их знакомство приводит к тому, что полицейский попадает к анархистам и умудряется получить место в верхушке террористической организации. Ты еще думаешь, что все выглядит довольно прилично, но ты просто упустил момент, когда реальность стала изменяться и начался маскарад. Люди перестают быть людьми, а оказываются масками, сама природа то яркая, как летний день, то становится темной зимой, то пробудившейся весной, ночь наступает быстро, неожиданно меняются декорации, возникает немного алисовщины. И конец истории после громогласной философской идеи превращается в обыденную реальность, хоть и не совсем ту, с какой мы начинали.

Если читать эпиграф и следить за превращениями в романе, то можно проследить и возникновение песчаных башен, и борьбу с сатаной, и синичью трель, и возникновение семьи и веры. И возникает жизнь, которую описал и прожил Честертон. Его дни недели теперь уже больше похожи на периоды времени в его жизни, они не важны как отдельные личности, они поветрие, мысли, слова, идеи, они то, что происходит, точней происходило, они повод:

Нам есть о чем потолковать,
но спорить нет нужды.

И вот тогда роман становится простым, он как разговор двух приятелей, только мы не слышим конкретные слова, вопросов или воспоминаний, мы присутствуем при том, как разговор обретает человеческие черты, как начинается с самого простого, со слов приветствия и дальше развивается, затрагивает важные темы, вспыхивает противоречие, непонимание, разбирательство, установление словаря, чтобы понимать друг друга, переход на философскую тему и снова возвращение к простому, реальному, но окруженному отношением к этому, к любимому, словно разговор был прерван тем, что в гостиную, где сидели два друга, вошла любимая женщина, сколько ей лет на самом деле не важно, как не важно жена она или дочь, ведь она любима и значима и с ней начнется совсем другой разговор, другая история:

Повинуясь чутью, он направился к белой дороге, на которой прыгали и пели ранние птицы, и очутился у окруженного решеткою сада. Здесь он увидел рыжую девушку, нарезавшую к завтраку сирень с бессознательным величием юности.

Я не настаиваю на том, что поняла роман верно, возможно он действительно о боге или о власти, а может о том, что левые это зло. Я вижу темы, которые можно развить, обсуждая этот роман. Вижу явное, могу найти скрытое, но мне приятнее думать, что это разговор двух друзей, который в иной реальности имеет жизнь.

Будьте осторожны с этим романом, он необычен. Возможно он в чем-то испытание для вас) Но разве это не прекрасно в книгах?

семья

#семья #familyofchoice Грит, заколебли, когда вам говоришь, что происходит — вы говорите, что это ужасные выдумки, когда уже все об этом начинают говорить, вы скулите — ой, если бы мы знали.
А на деле, вы просто не хотите верить, что акулы водятся в бассейне. А они водятся.

Andrew Vachss


Certainly some of the stuff I write that people think is so horrible is, in fact, toned down. Each of the books has been ahead of what journalism is reporting, and I’m always roundly criticized. Then as the pendulum swings back, everyone says, «Oh, we should have known.»

Whether it was trafficking in children’s body parts, or predatory pedophiles in daycare centers, or a 6-year-old committing a homicide. All those events that were reported, if you will, in my work later get validated by the media. But prior to that validation, everybody’s very upset with what I write. Nobody wants to believe there are sharks in the swimming pool.