Yep. It’s simple.

Yes I’m Communist

Моя Сибирь

#семья #Siberia


A Russian photographer used his drone to secure an unusual Vladimir Lenin-related photo opportunity. Not the Bolshevik revolutionary’s preserved body, but rather his name written with trees by Soviet foresters, back in the day.

Drone captures LENIN’s name spelled out in giant letters from trees in Siberia, a relic of Soviet land art propaganda

A Russian photographer used his drone to secure an unusual Vladimir Lenin-related photo opportunity. Not the Bolshevik revolutionary’s preserved body, but rather his name written with trees by Soviet foresters, back in the day.


Отрывок из 15 главы Сердце Кан-Дзиру

Выложили 15 главу.
– Мне бы хотелось, чтобы каждый нашел себе место в Кан-Дзиру. Это может сделать каждый, если ему не тесно рядом с другими. Если ему радостно от радости другого и грустно от грусти другого. – шелестел Катана. – Мне за вас радостно, и мне за вас грустно.
Раздались одинокие хлопки. Катана обернулся. У дверей столовой стоял сероглазый адепт Феникса. Изящный мужчина прошел за стол и сел, не сводя глаз с Катаны.
– Ты что-то хочешь мне сказать? – ровно спросил Катана.
– Я тронут заботой. – язвительно сказал Золотое Крыло, посмотрел на тарелку и презрительно отодвинул ее. – Мне только интересно, а ты когда моему отцу голову отрубал, тебе было радостно или грустно?
– Грустно. – ответил повелитель невозмутимо.
– А может быть, не надо было давать себе поводов для грусти? – едко сказал парень.
– Это не я давал себе повод для грусти. Это твой оте… твои родители. – невозмутимо сказал Катана и поднялся с места, стремительно оказался рядом с парнем. – Хочешь погрустить со мной?
Прошелестел Катана. Темные глаза завоевателя заледенели.
– С меня достаточно печали! У меня, знаешь, недавно умерла сестра. А, погоди, она не умерла! Ее тоже убили. Совсем еще ребенка. Знаешь, кто? – парень пожевал губу, глядя на повелителя. – Ты.
– Позорище, – отозвалась Кин.
– Может просто дурак, чего ты сразу, – ухмыльнулся Райм.
– Эта? Это твоя сестра? – в столовой появилось зеркало, в нем отразилась красивая девушка, в богатой комнате дворца. Перед ней, на коленях плакала другая девушка, дзировка, одетая попроще, светлые волосы скрывали ее лицо.
– Дзировка не должна быть красивее меня! – заявила красавица и отошла к зеркалу.
Девушка утиралась подолом платья, и стало видно, что все лицо у нее в каких-то странных кровавых ранах, нескольких зубов не хватало. Раздалось несколько щелчков, словно лопнула скорлупа, и на лице дзировки появилось еще несколько ранок, она закричала. Красавица смотрела за ее мучениями в зеркало.
– Не по чему плакать, все мои служанки уродки, как вам и полагается. Чтобы служить мне не нужно быть красивой, кого ты собралась тут соблазнять?
– Это твоя сестра? – шелестел Катана.
– И что?! За это нужно было ее убить? – с глупым отчаянием крикнул парень, но отшатнулся от зеркала.
Ито отшатнулась вслед за ним.
– Не нужно было? – спросил Катана.
В зеркале отражался позор любого человека, его родители, его сестра вели себя с людьми так, как не хотели бы, чтоб так поступали с ними. Сцены уродливой стороны сознания мелькали в зеркале. Парень видел уже результаты пыток или запугиваний, не участвовал в них сам, но и не останавливал родителей. Ему говорили, что с дзировцами можно поступать, как хочется. Их жизни ничего не значат для мира.
Люди в столовой отводили взгляды.
– Не нужно было? – повторил Катана.
Парень сел за стол, уронив голову на руки и заплакал.
Ито понимала боль юноши, но ее больше удивляло то, что она прожила бок о бок с этими людьми и умудрилась проходить мимо всего этого, не замечая ужасов. Дева провела пальцами по глазам, ей никогда не искупить своей слепоты. Как бы она хотела уметь быть иной, той, что смогла бы не игнорировать окружавший ее ужас. Сейчас бы тогда не пришлось плескаться в стыде по самую маковку. Она тяжело вздохнула, потревожила тьму в себе, и сложилась от терзающей ласки. Ей показалась несправедливым, что она поглощает дурман, испытывая наслаждение, а должна бы забыть о хорошем, как те, кого она проигнорировала и оставила незаслуженно страдать. Новые жители, которые завоевывают Кан-Дзиру, о ком звучит новая песнь мира, конечно, не такие, не мстят. Но если есть хоть капля совести в тебе самом, если ты читал правила жизни Феникса, то ты сам должен себе мстить, за собственную несостоятельность.
– Я могу вернуть твоих сестру и родителей, – заговорил Катана, склонившись над ним, но глядя перед собой. – Но где вы будете с ними жить? Твоя сестра будет страдать, видя девушек красивее себя, отец будет страдать, видя людей богаче и умнее себя, мать будет страдать, видя женщин моложе себя. Где же мне поселить тебя с ними, чтобы они не могли больше пакостить людям? И да, мне было очень грустно, за то, что я не могу их оставить жить и потому что я не знаю, как объяснить им, что их поведение недостойно живого создания.
Повелитель выпрямился.
– Есть еще мнения, что я с кем-то поступил несправедливо?

фентези #чтиво #книги

Прочитать можно здесь: https://litmarket.ru/books/serdce-kan-dziru

Семья — это…

«Клубок змей» Франсуа Мориак

Герой пишет, что у него в сердце клубок змей, но книгу читаешь и как-то у него все семейство включая его — клубок змей. А ведь так просто было все это разрешить. Требовалось только поговорить!

Уж сколько раз твердили миру. Но мир же всегда лучше знает, обнимется с враждебностью, и давай жить не объединяясь. Молодцы! Все молодцы. Вы, кстати, обратите внимание на себя, может вы тоже обнимаетесь не с любимым человеком, а с враждебностью. Дело-то это усилий не требующее, вот обниматься с любимым — это надо усилие приложить. Научиться разговаривать, язык, простите, в ж… пу не запихивать в нужные моменты, уметь слушать. Не просто кивать головой, а именно слушать, вытягивать все, чтобы не образовался гнойник с драконью голову. И, кстати, просто орать — это не значит язык из ж… пы достать — это все тоже враждебность. Нужно уметь понять из-за чего у вас началась склока, остановиться во время склоки и разобраться что произошло из-за чего вы ругаетесь? Вы просто не поняли друг друга? По-разному используете слова (словарик уже давно завели бы) или просто разговариваете не с человеком, а со своей головой. Это когда вам «рыбка» говорят, а вы уже бежите всему миру жаловаться, что он вас «сукой» назвал. И самое сложное довести разговор до конца. А разговаривать надо учиться. Вот пример, из книги, где люди не разговаривали посмотрите, как жизнь прошла — в одиночестве, среди вымышленных и выпестованных врагов. Неужели так жить хочется кому-то? Мы ведь и читаем художественную литературу чтобы учиться видеть жизнь, чтобы для себя принимать решения как мы хотим жить. Книги нам жить и помнить, как мы не хотим жить помогают (если перефразировать строки песни).

Из книги в книгу авторы приводят пример, что не надо жить с тем, кого не любишь. Что самый простой разговор решает кучу проблем, да возьмите хоть «Ромео и Джульетту», там вся проблема в том, что никто ни с кем не поговорил. Нам это со школьной скамьи вдалбливают и все равно мы устраиваем семьи, которые семьями даже в аду не назовешь, а потом плачем, что жизнь не удалась и главное из-за жабы порой не уходим от людей, которые нам не нужны! И что прекраснее всего наркомански желая внимания, мы готовы брать его даже негативное, это вроде как в подростковом возрасте должно было бы закончится, ан нет, мы наркоманство бережем и тащим за собой, так же приятненько эмоции пожрать, мы же думаем, что именно тогда живые. И ведь ничего не смущает в этой логике.

Но я жаждал отплатить за поражение, а кроме того, сделал в тот день важное открытие — нащупал единственное твое больное место, я знал теперь, на какую тему завести разговор, чтобы ты вышла из себя, позабыв о своем обычном равнодушии ко мне, и подарила бы меня вниманием — хотя бы из ненависти.

Если это не про вас, то я вам завидую. Лично я себя ловлю на том, что очень хочется отхватить эмоций, хорошо, что есть книги и с этим не надо лезть к живому человеку, потому что с ним хочется жить. И жить в любви и согласии, а не впиваться в него пиявкой на эмоции.

Читать про «клубок змей» неприятно, но надо сказать спасибо Франсуа Мориаку за то, что он написал такую тычащую в неприятное книгу. Никто из нас не хочет стать ее главным героем. Не хочет быть настолько жадным, чтобы не развестись с женой, потому что у нее есть акции на миллионы. Никто не хочет быть замужем/женатым и спать с мужем/женой раздельно, потому что выпестованная враждебность этого не дает и потому что кто-то не может поймать «любимого» человека, припереть его к стенке и выяснить, в чем дело и главное, а он хоть любим? Никто не хочет неблагодарных, нелюбящих детей, только для этого нужно прикладывать усилия, но этого люди тоже не хотят. Никто не хочет отца/мать, часть своей семьи, которая с самого твоего рождения говорит, я вот не с вами. В этой книге все это есть, каждый герой образец того, чем быть не хочется и знаете, есть дико раздражающий ответ на это — не будьте! Да, надо трудиться для этого, но разве труды себя не оправдают? Да, потребуются усилия и решения. И не просто решить, а следовать своему решению. А то решить «не буду», а делать так:

Неужели мы словно делали выбор из всех его слов и поступков и запоминали лишь то, что питало наши обиды против него, поддерживало злопамятство?

то ничем хорошим это не закончится. Вы так и останетесь одиноким и неудовлетворенным и потащите это за собой в следующую жизнь.

Книга хороша, она для того, чтобы встряхнуть вас, ткнуть в глаза как вы выглядите, пнуть вас уже разговаривать, смотреть, думать честно, а не «я вот сейчас свою обидку и враждебность к людям прикрою и никому их выгонять от себя не дам». Ах, сколько раз твердили миру, но может быть еще один раз и расцветёт, ну хоть у кого-то…