Матрешка сказки.

«Уничтожить королевство» Александра Кристо

Начало у книги такое, что думаешь «ооопяяять» и уже ни на что приличное не надеешься. Но потом то ли, привыкаешь, то ли история начинает проявляться лучше, но в конце книги у тебя нет разочарований, что хорошо, хотя, ведь все самое интересное начинается только сейчас, когда истории подведен конец в книге, и я бы посмотрела на героев, когда им тридцать и что там у них с любовью между друг другом и принцем Элианом к морю) Ну и заодно, что за государство они построили.

А теперь по порядку. Мы тут давеча смеялись над тем, что Лем распек фильм Тарковского «Солярис», потому что он писал о встрече человека с неожиданным, а Тарковский снял фильм про мужчину и женщину. А американцы, не осилив Лема, сняли свой фильм по Тарковскому, так что несчастный человек (Лем), наверное, теперь веретено. К чему я про это рассказываю, потому что книга написана по мультику «Русалочка» «Диснея». Тут отсылки такие явные, что сложно промахнуться. Интересно, «Дисней» своей доли прибыли требовать будет или это будет называться художественной обработкой, и автор при своих останется? Но есть и немного из оригинальной сказки Андерсона про русалочку, это про пену морскую, в которую превращаются сирены после смерти. Но мультика конечно больше.
То как выглядит морская королева — осьминогом.
Считай полностью внешний вид главных героев, с небольшими изменениями.
Ракушка в конце концов на груди, которая еще и светится в определенный момент.
И даже некоторые моменты самого мультика, например, когда две мурены соблазняют русалочку на неправильный поступок, тут две русалки соблазняют на подобное же главную героиню — сирену)
И пока все идет по точной канве мультика — это скучно читать, но только автор лезет за собственной фантазией, тут-то и начинаются чудеса, когда читать действительно становится веселее.

Но все прекрасным быть не может. Например те же русалки, которые, совсем не красавицы:

Вместо волос у них, в отличие от сирен, голубоватые отростки, а рты их могут растягиваться до размеров небольшой лодки, позволяя заглатывать акул целиком.

У меня несколько вопросов сразу. Какого размера сами русалки, если могут съесть лодку. Что подразумевается у них внутри, если они могут сожрать лодку или акулу целиком, то есть заглотить. Как они после этого выглядят? И еще они заглатывают все это вдоль или поперек? И, кстати, когда главная героиня Лира боролась с русалкой, прочему та просто не заглотила сирену и дело с концом? Потом где-нибудь бы выплюнула, может даже и живой, автор ведь не говорит, что русалки съедают то, что заглотили)))

Знаете, что я еще не люблю? Приукрашательств. Это когда читаешь текст и пытаешься сопоставить весь тот светофор, который автор нагородил в нечто приличное, что он хотел описать, но не выходит.

О красоте сирен ходят легенды, но в кетонках течет королевская кровь, а это дарует особое великолепие. Величие, выкованное соленой водой и царскими привилегиями. Ресницы наши сотканы из ледяной стружки айсбергов, губы окрашены кровью моряков.

Прости-простите, чем выковано? Царскими привилегиями? А автор знает, что выковать привилегии нельзя? И из них люди не куются, потому что подразумевается, что они ни с чем не борются. Одно как бы сильно противоречит другому.
А теперь давайте просто представим этого попугая, с синим и красным глазом, огненной шевелюрой и с белесыми ресницами. Потому что как бы красиво не звучала «стружка айсберга» — это как ни крути — белый цвет, а не вон то, что представляется аквамариновое или бирюзовое, потому что айсберг — это лед, а стружка от него, хорошо, если все же белая, а не прозрачная. Ну, почему авторы не дают себе труда задуматься о физической составляющей того, что они пишут? Ну, ведь много ума не надо вспомнить, что айсберг — лед, и стружка от него, не кусок разноцветного льда на веках!

Я очень надеюсь, что переводчик, потому что вот тут точно переводчик, язык сирен специально назвал/оставил/сложил в такое не благозвучное слово: «псариин». Надеюсь, тут игра слов, что они тяфкаются как собаки и выражают своим языком в основном все плохо, а не хорошее. Потому что все вот эти красавицы, которые говорят на псариине меня скидывают на больных псориазом или просто шайку псов в подворотне брешущих без причины. Но опять же, это я придумываю оправдание переводчику, а не он скорее всего плюнул на слово и пошел дальше, потому что по мне, так с подобным словом надо было что-то делать!

Есть опять же то, что меня огорчает в авторах. Это «а подумать? Не, не слышали?». Ну, это опять же как с ресницами белесыми. Так и некоторые сравнения. Да, для нас, для живущих в ЭТОМ мире с той историей, что у нас есть сравнения понятны и обыкновенны, но авторы создающие новые миры, просто не могут использовать некоторые сравнения, особенно вкладывая эти сравнения в определенную расы. Ну, вот как например вот тут:

— Очень жаль, — говорит Калья. — Шпионя за ним, я словно наблюдала за ангелом. Такое милое личико!

Да, читатель понимает о какой красоте идет речь, но внимательный читатель обязательно спросит, а Калья какого ангела имела ввиду? Морского ангела? Предполагая, что названия и сами гады морские остались те же, что мы и знаем, потому что, цветы-то остались теми же. А если не морского гада, то откуда подводные жители знают о таком религиозном явлении как ангел? И, кстати, про религию ничего не было сказано, кроме божественных и магических начал изначальных семей, то есть ангелов в такой истории вообще не предполагается иметь миру.
Это всего лишь одно маленькое «а подумать?», но влечет на самом деле за собой большие последствия. И заодно говорит насколько автор не продуман, не понимает и не видит за пределами узкой своей истории, да и в истории тоже так себе, если бы за основу уже не была взята давно сложенная канва мультфильма. Ведь как заметили в одной из рецензий, из команды в 200 человек, нам описали всего трех-четырех и ощущение многолюдья в замкнутом пространстве корабля в море — нет. Или же толчеи перед обыскивающими у входа в город. 100 человек, пираты и один мешок с оружием, хотя кто-то побросал в мешок не одну саблю или кинжал, и три человека, которые всех должны обыскать. Это ведь как в очереди перед кассой стоять или при обыске в аэропорту. А мы читаем и ощущения толпы — нет. Нервозности или скуки — нет! Усталости или занудства проверяющих — нет! А ведь там перед этими пиратами приплыли еще какие-то. Это говорит лишь о непрофессионализме писателя, он не умеет создавать пространство с теми, кого сам привел в книгу. Он не представляет себе толпу в 200 или даже 100 человек. У него есть только здесь и сейчас, нет ни того что было, ни того, что будет. Кроме главных героев, только они и живые, а все остальное картонные декорации, которые оживают в момент, когда главные герои рядом. Но ведь так не бывает. Мир, города, люди, они живут до того и после того и нужно уметь это вкладывать в книгу, чтобы мы мир видели, его жизнь чувствовали. Да, главные герои важнее, но если ты уж их пихаешь в пространство полные людей, то хоть видимость полноты, суеты, беготни, заполненности создай.
Вот таким «не живым, не цепляет, картонность», и оборачивается всего лишь одно маленькое «а подумать? Не, не слышали».

И еще одно очень смешное «а подумать?»:

На Мидасе я всегда слежу, чтобы у них было вдоволь еды и выпивки. Полные животы и кровати с шелковыми простынями. Роскошь, к которой они не привыкли на «Саад» или на постоялых дворах с соломенными тюфяками, где нам приходилось спать во время плаваний.

Соломенные тюфяки. На корабле. В открытом море. Во время вечной качки. Вот не знаю, как автор, а я вот не раз читала в книгах о прибитых к полу столах, чтобы мебель не каталась туда-сюда из-за качки, что плиты были устроены именно так, чтобы кастрюли ставились в печку, а не на печку. Ну и что гамак — это как раз для того, чтобы не чувствовать качку и не свалится на пол. Не соломенные тюфяки, где с удовольствием свои гнезда крысы устроили бы. А от сырости эти самые тюфяки прогнили бы довольно быстро, а именно гамаки, если уж у команды нет своих кают с прибитыми койками в два яруса, что странно, учитывая, что корабль на 400 человек, а там всего 200. И опять же. Не просто так делали корабли именно на 400 человек экипажа, это означало только одно, что парусов там столько, что меньшим числом справится сложнее. И даже, если представить, что корабль переоборудован, то все равно вопрос как с кораблем на 400 человек, справились 100 человек? Ведь про переоборудование корабля автор не обмолвилась ни словом, и я подозреваю, что даже не подумал о том, как управлять такой махиной, а ведь, скорее всего даже смотрела «Пиратов Карибского моря», посмеялась над сценой, где капитан Воробей командует Уиллом Тернером, который делает вид, что пытается раскрыть все паруса и пропустила мимо ушей фразу, где Джек Воробей говорит, что мы бы вдвоем с этой махиной не справились. А эти детали важны, они создают правду в вымышленном мире. Они позволяют книгам жить не сейчас, пока ты новинка, а многие десятилетия после. Но мы же помним, что сейчас первое правило волшебника писателя, которому учат: «Не пишите романы с претензией на вечность». Ну и получаем соломенные тюфяки.

И еще одна смешная деталь. Такая вся величественно королевская.

— О, Лира. — Она снимает с трезубца нить водорослей.

Вся такая королева из королев, просто немножечко не идеальная, как сейчас любят почитать некоторые читатели, она вся такая идеальная, но с маленькой трещиной, ей на трезубец водоросли попадают… У меня тут все. У меня на это смеха и сарказма не хватает.

Но, при всей при этой глупости, даже если хотите плагиате в каком-то смысле, читать было забавно. Были интересные решения. Были мотивации героев, их изменения. Что меня порадовало. Было притирание, узнавание. Была и глупость некоторых второстепенных героев, которую ничем объяснить нельзя, но автор как могла логику прогнула, чтобы герой со своим скрюченным мозгом туда поместился. Были очень интересные, захватывающие сцены. Были штампы, что обидно. Но есть какая-то надежда на то, что автор еще подтянется, начнет обращать внимание на детали, в конце концов возьмет книжки в руки, словари, энциклопедии, знакомиться начнет с тем, о чем пишет и тогда ее истории действительно расцветут.

Наверное, я поставила неплохую оценку, потому что для меня книга больше сказка и я не сильно обращала внимание на то, что не все сходится. К тому же когда есть логика в поведении героев, я вообще сильно радуюсь.
Но все же эта книга не из тех, какие возьмешь с собой в вечность или будешь каждому советовать. Она разовая. В ней нет даже эпичности боя, хотя, казалось бы, Морская Королева устроила бойню. Все очень ровно, без кровищи, потерь, страха. Книжка на 11-12 лет. Больше, это уже нужно задуматься, что ваш ребенок становится инфантилом. Всучите ему Бальзака, пусть уже развивается)

Левые и все такоэ.

#socialism #communism
Социалистический тип мышления, это самый передовой и человечный тип. Любое отставание во мнениях, во взглядах, любая косность — антисоциалистична, и уж тем более антикоммунистична. Также, социалистическому типу мышления обязательно претит враждебность. Женщины — враги; геи — ненормально; америкосы — рептилоиды; другие нации — унтерменши; мужчины — насильники; интернационализм и глобализм — убивает страну; высочайшая цель — продолжение рода — все это антикоммунистическая и антисоциалистическая риторика. Если вы за все хорошее и против всего плохого, и в этом плохом у вас люди по неотъемлемому признаку или предпочтениям, то плохое — это вы.
Это лакмусовая бумажка, ваше отношение к миру.
Конечно, есть много недоразвитых, запуганных, озлобленных, враждебных, лицемерных, фальшивых людей. Но ведь любой социалист и коммунист должен понимать, что такой человек, он такой от безграмотности. И подлый человек — он подлый от страха. Нет, ему не нужно спускать все с рук, но социалист, коммунист — это человек, который понимает исторические причины развития общества. С этими людьми не нужно иметь дела, но этих людей не можно желать ставить к стенке. И потому удивительно, что в 21 веке есть среди социалистических движений люди, которые желают что-то запрещать и кого-то куда-то не пущать. Ребят, ребят, такие режимы не живут долго. Диктаторы, вообще, долго не живут. И их режимы ненадолго переживают их. Потому что такие режимы античеловечны, и человеки делают, пусть и исподволь, все против такого режима.
Социализм и его развитая стадия коммунизм же — естественное состояние человека.
Поэтому даже и полемики быть не может. Потому что не может быть развитого человека, который выступает против социализма и коммунизма. Все чаяния людей, самый желанный уклад жизни — это коммунизм. Даже капиталисты пытаются устроить за деньги свой маленький внутрисобойный коммунизм. Посмотрите в желанную жизнь и вы увидите там признаки социализма.
То, что вы знаете в странах, где, говорят, социализм, и то, что вас там пугает — вас пугают, как раз, антисоциалистические и антикоммунистические проявления. Вас пугает лицемерие (хотя чего оно вас пугает, вы же в нем всю жизнь живете). А лицемерие — антисоциалистично и антикоммунистично.
Если вы этого не понимаете — читайте, это значит, вы просто еще не образованы достаточно для понимания этих вещей. Если социализм для вас гулаг, запрет на джинсы, но порядок и колбаска за 2.20 — читайте, вы все еще не образованы достаточно для понимания.
Поэтому какая может быть полемика? Если человек спорит о том, хорошо ли коммунизм, он просто невежественен. Конечно, социалист и коммунист вступают в эти разговоры, но это нельзя назвать спором или даже полемикой, потому что там предполагается равный уровень знаний, а тут просветительская беседа со стороны красных.
И еще более удивительно, что в 21 веке есть еще такие невежи. Ведь все материалы в доступе.