«Афганистан» Лариса Рейснер

Знаете в книге «Три портрета эпохи Великой Французской Революции» А. З. Манфред было описание моды на витиеватые письма. Ну так чтобы было красиво-прекрасиво и ни черта непонятно. Вот в момент, когда начинаешь читать «Афганистан» Лариса Рейснер, то невольно вспоминается про французское письмо, да еще и с завитушками. Привыкаешь несколько первых страниц к такому изложению, чтобы не упустить момент описания и сравнение одного и когда уже автор перешла на другое, вчитываешься буквально в каждое слово, в каждое сравнение, в каждую отсылку, а потом привыкаешь и текст уже идет более плавно, уже можно не теряться среди этой поэзии в прозе.

Удивительно, что таким стилем Лариса Рейснер описывает не только природу и девушек в гареме. Она так описывает воспоминание о России и о голоде, который был на тот момент в стране. Она так описывает рабочих на фабрике, которые тоже хотят поднять голову, как рабочие в СССР. Она так описывает капиталистов и пришедших посмотреть и прощупать — новое поколение, тех, кто будет эксплуатировать, продавать, обманывать и выменивать и для кого только СССР и является действительно чем-то значимым, а не страной, где купятся и за стеклянные бусы.
Читать интересно и читать страшно. Я для коллажа искала виды Афганистана и ужасалось, СССР построил города, фонтаны, сады, пришли американцы, просто так, просто чтобы страна не досталась России в момент развала союза и всего этого не стало. Она не вложилась в эту страну, она ей была не нужна, я сейчас простите не помню кто сказал, но кто-то именно из американского правительства так и сказал, нам нужно было только чтобы страна не досталась России. ВСЕ! Им не интересны люди, не интересно восстанавливать и кормить их. Просто чтобы не досталась…
Я рассказываю о другом времени, потому что сейчас читаешь книгу из 1926 года и полное ощущение, что 70 лет строительства просто не было. все те же развалины, те же убитые люди, только что еще и фабрик не стало. Не знаю уж остались хотя бы текстильщики или и их тоже уже не стало? Мне такой регресс страшен.

Лариса Рейснер образованная женщина и ее рассуждения они не просто рассуждения человека из советской России, они не построены на воодушевлении, они разумны, четки. Ну, когда вы привыкнете к ее стилю письма, то поймете, что мысль ее четкая, построенная на логике, фактах. Она не преуменьшает и не преувеличивает в своих рассуждениях о людях. Ей требовался холодный рассудок и понимание психологии, она все же жена дипломата и сама самостоятельно состояла в дипломатической миссии. Она может восхититься чем-то, но это не мешает ей холодно оценить ситуацию, человека, событие, традицию. Грубый пример, но ей может понравится щенок, вот мол какой милый, но с собой в поход она его не потащит хоть он весь такой милый, потому что щенок выживет там где он есть, а не с ней в походе. Грубый пример, но хоть как-то можно понять разумность этой женщины.

Афганистан из-под пера Ларисы Рейснер выходит красивым и убогим одновременно. Она сожалеет, что есть люди, которые могли бы создать удивительную страну, но не делают этого. Она восхищается прошлым, людьми нынешними и одновременно подчеркивает, что то, что было в прошлом уже не повторят люди из нынешнего века. У них еще остался эстетический вкус, но какой-то дворец, который был выстроен в прошлом им уже не повторить. Она признает ум высшей касты и тут же подчеркивает что на сотни верст нет ни одной книги, что кругом необразованность. Что в них еще есть некая хитрость, чтобы задурить того, кто пришел купить их за стеклянные бусы и они это понимают, но тут же указывает на глупость учителей, которые не могут обучить детей, а значит не вырастет поколение тех, кто сможет так же аккуратно обходить острые углы и разворачивать прочь тех, кто просто хочет чтобы земля не досталась другому и больше ничего.

Два смышленых подростка показывают химические опыты; зрители следят за их таинственными манипуляциями с затаенным страхом и любопытством.
Пробирки с красными, белыми, зелеными жидкостями. Мальчик потрясает ими над седобородыми головами мулл, перед круглыми, выпуклыми, влажными глазами придворных. «Да поможет мне господь! Соединяю две бесцветные жидкости, и — получается красное». Сенсация. В благоговейной тишине хихикают молодые атташе английского посольства, и деловито и нежно жужжат пчелы.

Поменялось во всей этой ситуации наверное только то, что сейчас вместо англичан хихикают американцы над этими детьми, да и взрослыми тоже.

Такие книги нельзя упускать. Они открывают невероятный людской мир. И хоть как-то заставляют смотреть и сравнивать. Открывают нам под пестрой шалью прошлого убожество настоящего, которое как девушки из гарема прячется под этой пестротой, как нечто непристойное. А разве оно этим и не является?

Для Афганистана Ларисы Рейснер еще есть надежда, там еще будут года для жизни, а вот для сегодняшнего надежды нет, потому что ее некому нести.