Мой адрес не дом, и не улица

Мой адрес не дом, и не улица

#Hi_from_reality

art by Ol Albireo

Не стесняйтесь писать свои истории

и давать артам свои названия

 

– Фироками настолько расцвел, что может себе позволить очаги социализма, – усмехнулся Мерджен, осматриваясь.

Научный городок Фироками был уютным уголком спокойной жизни очень умных людей. Футуристичный, даже по меркам Фироками, он был эталоном законов гармонии и эстетики. Какое-то отзывающееся и знакомое чувство вызывал этот Городок у всех, кто в нем оказывался. Иногда сюда приезжали пожить те, кто восхитился щемяще-счастливой атмосферой. Городок был выстроен по чаяниям гуманистической научной мысли. О таком будущем мечтали ученые всех времен, и самое полное описание его получили люди при вспышке прогресса, много веков назад, в двадцатом веке, благодаря трудам гуманистических фантастов.

Городок был закрытым, нужно было иметь приглашение кого-нибудь из жителей, чтобы приехать сюда – Фироками берег покой своих лучших умов. Жители же Городка могли свободно ездить и жить в Фироками, ведь, по сути, Городок был районом Города. Публичная властная сексуальность, привычная в Фироками тут была не в фаворе. Безусловно, и тут люди сбивались в любовные группы, и тут у ученых были рабы, но личное ученые оставляли дома, чтобы не отвлекать, не вовлекать остальных в игрища. Тут главным интересом у всех были работа и наука. Гости Городка проходили тест – это было обязательно, если ты остаешься в Городке больше чем на день, – тест показывал совместимость с укладом Городка. Чаще выпадала несовместимость, о чем гостю не сообщали. Гость жил в Городке, напитывался гармонией и красотой, гулял, ахал, восторгался, проблемы начинались, когда он пытался донести свое квазициничное мнение о жизни до жителей городка, свою разочарованность бессмысленностью бытия, сокрушаясь о себе перед светлой наивностью ученых. В Городке не было принято сдерживаться, законы какой-то светской тактичности ученые выполняли только выезжая за пределы родного Городка. А в движении научной мысли царила диалектика – все сферы науки смежались. Любой физик Городка мог дать фору обычному «гражданскому» психологу, и любой историк «гражданскому» математику. Тогда, со всей прагматичностью ученого, собеседник пояснял, что вся эта ментальная вялость и чувство бессмысленности жизни от ограниченности и невежества, неудовлетворенность от недоразвитости разума и неумения созидать. Но даже если таких неприятных разговоров не случалось, гостю, через время, все равно становилось понятно, что жить тут не получится – никто не проявлял интереса к гостю, никто не пытался интегрировать его в жизнь Городка. Тем больнее было видеть, как дружелюбно и радостно втягивали в жизнь тоже новичка, который переезжал сюда работать. Нужно быть на волне Городка, двигаться туда, куда стремился он, желать того же. И тогда становилось понятно, что Городок – тот же Фироками, его следующий шаг. Еще безжалостнее, еще категоричнее, еще красивее, еще избирательнее. Только для доросших, до готовых к такой жизни. Пока Городок был только неприметным пятнышком на карте, формой напоминающим биологическое сердце, с четырьмя крапинками, похожими на неизвестные руны, филиалами НИИ Городка на юге, западе, востоке и севере Фироками. 

– Ну, это тоже разумно. Наглядный смысл жизни, – пожал плечами Хан.

– Привет, – певуче раздалось как-то словно везде.

Туда, где тебя ждут. Лишние пазлы, АльбиреоМКГ

Leave a Reply