Палки и бабушки

Задание: Мой первый раз не для слабых душ. Сегодня, на мой взгляд, очень откровенное и достаточно тяжёлое задание – нужно вспомнить и рассказ про первый раз, когда по настоящему стало стыдно.

И это не про то, как ты пукнул при людях или обкакался(лась) в детском саду. Нет. Это именно тот случай, когда готов(а) сквозь землю провалиться до сих пор, не говоря уже именно про тот момент времени.

Задание крайне важное. Проблема ощущения, что ты не заслуживаешь счастья, это именно стыд. Не выписанный, чувство страха и ужаса, что если люди узнают ВОТ ЭТО про тебя, тебя изгонят. Стыд не дает быть вовлеченным в общество, стыд не дает жить дальше, стыд заставляет нас делать отвратительные поступки и считать, что общество заслуживает зла.

Выписанный стыд показывает, что обществу глубоко плевать на ту вашу трагедию, вам не снесут за это голову, и тот, кто вам дорог не оценивает вас по этому случаю. А вы, кстати, можете даже саботировать отношения с любимым из-за стыда. Потому что ну а что толку, если любимый человек все равно знает ЭТО и бросит вас, потому что вы ТАКОЕ сделали.

Выписывать советую по технологии. Это психологически важно. Выписать правильно. Вот такая технология выписывания:
 

Напишите следующие точные данные, имеющие отношение к вашему конкретному действию или бездействию:

  1. Время (конкретный момент, час, день, месяц и год, когда что-то произошло)
  2. Место (конкретное место, где что-то произошло)
  3. Форма (расположение вещей и то, как именно что-то произошло)
  4. Событие (что-то точное и конкретное, имевшие место).

Я, конечно, по форме это уже давно выписывал и сто раз всем рассказал, сейчас вот вам расскажу.

Было мне года 3. Жил я счастливо в инфернальной деревне (почитать про нее можно в моей книге Око силы, а если вы живете в РФ, то в нее даже съездить можно. Только осторожно, не попадите под проклятье).

А вот знаете такую манеру, ну кто в деревне рос, знает, конечно. Вот идешь ты с бабушкой куда-нибудь, в магазин, например, а потом обратно. Идешь, такой. И тут – бац! – навстречу еще бабушка. И вот они будут стоять и трепаться до второго пришествия. И ладно, если тебе скажут – иди домой, ты и валишь, и пусть она там стоит. А если нет. Тебе совершенно нефиг делать, а они обсуждают всякое. Это часть их жизни, это органичное общение. Блин, бабки, решается на раз-два, это деревня, ваш спиногрыз и так по ней бегает, просто отпустите его, нифига с ним не будет. Но не. Надо стоять. И вот одну бабушку встретишь, вторую, сцуко. И так вот думаешь, да что, блин, за бездельницы-то, ну никаких дел ни у кого! Но это если две бабушки навстречу друг другу шли, то еще ничего. Они ж все-таки куда-то идут. И если твоя бабушка домой, то другая-то еще куда-то по делу. А вот если по дороге встретились бабушки на лавочке – то все. Капздец котенку. Она сначала постоит, недолго, часик, блин, два, потом сядет и вот это ляляля будет без конца. А ты поиграй. С кем, блин, поиграй, где? Ты в чужом унылом месте.

Вот у нас так и случилось. Шли мы с магазина в один прекрасный летний день и нас затянуло на лавочку с бабушками. Причем вот есть же знакомые бабушки, нормальные, где ты знаешь что делать и где играть. А есть унылые, незнакомые. Вот эти были унылые. Ну и вот это ляляля как-то прямо адски долго длилось. Ну я и пошел собирать тетрис из дров, там какие-то доски лежали, я их начал таскать, на них качаться и их перекладывать. И вот там была такая оглобля и я ее начал тянуть, чтобы сделать себе качельку и попрыгать на ней. А у нее обратный край как-то поднялся и главную бабульку (у чьего дома они все сидели) по голове стукнул. Все так сразу раз и прекратили разговоры.

А я в три года сопоставить-то не смог, что это моя оглобля ее шандарахнула. И снова ее тяну и так уже легонько – бяк! – ее опять. И тут я стал что-то подозревать, оглоблю бросил, глаза как у срущего мыша. Не знаю, не помню, может ей еще по хребту перепало, когда я оглоблю бросал.

И тишина.

Бабка моя, принцесса, сразу устремила остекленевший взгляд куда-то в светлое будущее. И вот я никогда не видел больше такой иллюстрации к выражению “морда тяпкой”. А еще у моей бабки была такая черта, педагогический вой я это называл. Сто пудов это она у кого-то подглядела. Когда она была чем-то сильно недовольна, и хотела как-то назидательно это донести, она так философски-протяжно говорила: “уууу, тыыы чоооо, так нельзяаааа-нельзяяяя”, ну или там “ноооо, так нееее нааааадо”. И вот в ситуации, когда я оприходовал бабульку оглоблей по голове, она со стеклянным взглядом вдаль сказала: ноооо, так не нааадо-не нааадо.

Ага, как в анекдоте.

-Вовочка, ты зачем кидал в дялю Васю кирпичом?

-Я больше не буду.

-А ему больше и не надо.

Дальше было надо как-то извиниться, но в деревне как-то у нас было не принято ни простите, ни извините. Ну, та раса, которая жила (и сейчас, думаю, живет) в моей инфернальной деревне, вероятно, не планирует никогда извиняться, поэтому такого культурного кода у нас не было. Дети извинялись: я нечаянно. Или я больше не буду, честно-честно.

Ну я тоже сказал: я нечаянно.

Бабушка, которой прилетело оглоблей улыбнулась. Она, вообще, очень милая и хорошенькая старушка была. Остальные тоже как-то меня стали успокаивать, что, мол, он нечаянно, он не виноват, эти палки оттуда давно надо было убрать. Моя бабка молчала. И быстро собралась оттуда. Они попрощались и мы, наконец, ушли. Бабка всю дорогу задумчиво молчала и больше ни с кем языками не зацеплялась (ну и правильно, вдруг я следующего собеседника камнем приложу, как знать?).

А мне было ужасно стыдно. Ужасно. Я был согласен провалиться в ад, умереть, чтобы меня сбила машина. Я хотел вернуться и объяснить той бабушке, что я не хотел бить ее по голове, что палка ударила ее случайно. Вот это было мое первое стыдище. Ужасное стыдище.

Мы пришли домой, бабка рассказала деду, что я чуть не угандошил соседку. Дед хихикнул, вероятно, что-то имел против той бабульки. Меня никто не ругал, мне даже никто этот случай не припоминал в рамках гнобежа.

Но мне было и не надо. Я страдал сам.

Мне было несколько лет стыдно ходить мимо того дома. Потом я набрался смелости и прошел как-то там, но на лавочке никого не было. Потом я встретил ту бабушку, был уже так старше, и извинился, а она даже не вспомнила тот случай. Или ей было неприятно вспоминать, но она как-то приняла извинения, сказала, что ничего, это бывает.

Лет 10 спустя она умерла. И я еще какое-то время думал, что это из-за меня. Да. Ей же еще и ста лет не было, могла бы жить и жить, если бы я ее оглоблей не балданул.

Но слушайте! Тот ужасный день этим не кончился!

Бабка потом вечером думала, что в меня бесы вселились %))

В общем, страдал я, страдал и решил, что таким как я нет места в обществе людей. Надо уходить и жить в лесу. Не заговаривать с людьми, а дружить с птицами, зверями и деревьями. Кстати, не случись следующего, может, суть ведуна у меня бы там раскрылась и я бы в лесу поселился действительно. Но на моем пути опять встала бабулька.

Ну, пошел я в лес, жить, страдать, лишаться и искупляться.

И там была какая-то птичка, воробей, кажется, но мне она показалась необычной, я решил с ней дружить и она куда-то полетела. Ну, мне показалось, что она зовет меня куда-то к предназначению. Не, к Предназначению и я побежал за ней. Я скрывался, как Каин, от людей, поэтому мы с моим новым другом птичкой как-то в обход обежали мою улицу и вышли к дому бабы Даши. Ну, одна из соседок на чужой улице. Я дома у нее бывал, она меня всяким вареньем угощала и про старину рассказывала волшебное. Была такая примета у них, если машина стоит у двора, кто-то есть дома, если нет – то дома никого нет.

А я в три года считал, что дома их не строят, а они в деревне всегда были. А люди в них просто заселяются и живут. Ну, в смысле, можно и строить, но вот основные, они уже есть и всегда были. У меня вообще в детстве теорий о мироукладе была целая панамка. И все эти теории были далеки от реальности.

То есть к домам я не боялся выходить, потому что дома – это часть природы, к людям не имеющие отношения. Ну и вот эта птичка залетела в дырку под крышей дома бабы Даши и как давай там орать. А в моих трагических странствиях к Предназначению уже появился какой-то злодей, который, по моему мнению птичку пленил. И я решил ее спасти.

Догадаетесь как? Взял длинную палку у дома. В деревне у домов всегда какие-нибудь палки, доски, оглобли. И я уже как опытный оглобленок взял палку и начал стучать по стенам дома, пытаясь спугнуть злодея и помочь птичке выбраться. Птичка от такого плана спасения затихарилась от греха подальше. Я не сдавался, птичка вылетела и мы с ней побежали дальше. К моему отшельническому Предназначению.

Вечером в мои воображаемые страдания ворвалась реальность, что бабка будет переживать, если я не вернусь вот так сразу, и я пошел домой, решительно решив (да-да!) с утра рассказать, что я ухожу жить в лес и возьму с собой узелок, как в сказках.

Прихожу, а дома бабка ругается. Не на меня, а в пространство. Но про меня.

Вот думаю, вот, это вот за ту бабушку, которую я чуть не убил.

А нет. Оказывается, эти гады, родственнички бабы Даши уехали, поэтому там не было машины, а ее оставили дома! И эта бабушка, услышав, что кто-то колотит палкой по дому испугалась и решила, что ее пришли убивать, она выглядывала в окно, но я-то маленький, она меня не увидела, а видела только огромную палку, которой кто-то долбит по стенам дома, по трубе, тычет в крышу. Она там сидела, плакала, пряталась, боялась, потом как-то ползком добралась до огорода, позвала соседку, та кинулась к ней, потом соседка отправила мужа проверить. И тот меня с палкой увидел. Ну и сказал – дети балуются. Федосьин внук это. Я то есть.

– Ты на хрена, антихрист, бабу Дашу чуть не убил? – спросила меня бабка, – ты зачем оглоблей по ее дому колотил? Что за урос в тебя вселился?

И вот тут меня взял уже не стыд, а какая-то отчаянная досада. Да блинский блин же! От этих бабулек прямо не скрыться никуда! Уже же в лес ушел жить! От людей! И там достали!

Ну и как им, таким, жестоковыйным, рассказать про путеводную птичку и Предназначение?

А прикиньте, как это для бабки моей выглядело? Как будто я маленький убийца во вкус вошел, не добил ту старушку и нашел новую, решил вытащить ее из дома, чтобы по балде тоже оглоблей стукнуть.

Ужасно несправедливый, короче, день был!

В лес жить я решил не уходить, потому что в свете случившегося, это бы не очень выглядело, если бы я, решивший прикончить пару старушек днем раньше, заявил бабке, что а теперь я в лес жить ухожу, я думаю, бабка бы мне тупо ввалила за отрыв от реальности %)))). Так что не стал я, короче, дрочить судьбу.

Стыд за тот случай снялся у меня уже в сильно взрослом возрасте, когда я выписал этот случай по саентологической технологии. Поэтому, конечно, теперь я вот так могу про него рассказывать. 

#МойПервыйРаз

#ПервыйСтыд

Leave a Reply