#Hi_from_reality
art by Ol Albireo
Не стесняйтесь писать свои истории, давать артам свои названия и писать свои ассоциации.
Так же, можете не только писать истории, но и рисовать свои арты, сочинять музыку, делать игрушки, пилить лобзиком и царапать гвоздиком, переводить на другие языки, для практики (и никогда не упрощайте текст при переводе!). И нам покажите, что получилось)
Зачем?
…Во дворец часто приходил правитель Лесов, веселый и красивый. Друг отца Ито. И вдруг он перестал приходить. Отец сказал, что Леджин предал его, вступил в сговор с правителем Юга, и они готовили заговор. Зеркало отобразило, что отец сговорился с правителем Юга, в обмен на Леса, увеличить сборы с восточной земли. Потом он попросил Леджина поехать к правителю Юга, озвучить тому условия. Леджин поехал. И правитель Юга убил его.
– Еще? – прошелестел Катана.
Ито медленно коротко отрицательно помотала головой. Когда выворачивается сердце, больно находиться даже в сознании.
– А я? Что делала я? Жила… – тихим шепотом спросила и сама себе же ответила принцесса, не представляя куда деваться теперь от жестоких знаний, которые тыкали в нее, указывая, что ее страдания – это то, что ей и следовало получить, даже малая их доля, чтобы ответить за разбой, жестокость, бессердечие, двуличие ее родителей и за то, что она даже не пыталась думать о тех, кого не видела. Наказание, за собственное бездействие мозга, который стремился узнать все тайны Феникса и игнорировал жизнь за пределами храма. Теперь было понятно, почему площадь огласилась возгласами радости, увидев поверженный живой символ власти, ее следовало не держать во дворце, а бросить им на растерзание. Чтобы они разрывали ее вживую, как родители рвали мир. – Феникс, как же долго ты тянул с нашим наказанием.
Катана погладил Ито по голове, поцеловал в макушку и убрал зеркало. Вернулся за стол, так же, прижимая Ито к себе и усаживая ее к себе на колени. Ито закрыла побелевшие глаза, из которых продолжали бежать золотые слезинки горя.
– Я пришел, как только смог, – ответил Катана.
– Зачем им все это было нужно? – она не просила ответа, она сражалась за свой рассудок. Даже не ради понимания, а ради того, чтобы найти хоть одну причину не желать ей смерти и мочь ей улыбаться, и даже быть добрыми. Как, например, Эдос. Как дзировцы, которые лишь случайно и всего один раз коснулись ее крыльев, а могли бы камнями, или в случае с библиотекой книгами, закидать, не зря она обходила жилые районы, там ее, действительно, ждали смерть, презрение и ненависть. Чем ее родители отличаются от Завоевателя? Тем, что не мучили конкретно ее? Но если Азарта была такой же, значит, мучения для Ито все же какие-то были предназначены, просто пока хватало тех, кто рядом. А когда бы их перестало хватать? Были бы они периодами так же обходительны, как Завоеватель, пытаясь успокоить ее, утирать ее слезы, объяснять. И, если честно смотреть, то все, что делает он, он не скрывает и жестокость его в правде и в том, как он ее понимает. А их действия всегда бы были прикрыты лицемерием. Где успокоение было бы не действительным желанием успокоить, а дать надежду, что все будет хорошо, а потом растоптать ее, как в случае с семьей дзировцев. Утереть слезы, объяснять, чтобы довести до безвольного подчинения и согласия. Как прожить еще две недели, что ей даны, и не сгореть под светилом от стыда, за то, что ты никчемное существо. Ито не могла остановить золотой поток, льющийся из глаз, но слезы стали злее, словно вытягивали из нее истеричное начало, взрывая его.
– Я не знаю, зачем людям нужно больше, чем они могут съесть, Ито, – сказал Катана, поглаживая ее по волосам и спине. – Тем более в мире, где всем всего может хватать. Я не знаю, зачем люди делятся на лучших и худших, зачем нужны избранные. Но я точно знаю, что так быть не должно. И здесь так больше не будет. Потому что я здесь.
Я здесь, АльбиреоМКГ
Однократные
Ежемесячно
Ежегодно
