remember

   знаете, вот такая пафосная глубокая фраза, пишу название – помните, на английском, все очень-очень серьезно, а раскладку не переключил, и трагическая напоминалка “remember” пишется вдруг “куьуьиук”. Да, куиккуик. Про это тоже помните)))

Image may contain: cloud and outdoor

Mind Core

логика

Image may contain: 1 person

Ana C. Allento Archaeology/History Jokes & Puns (Or GTFO!)

Вышел мой перевод

#translation
Ну вот, опубликовали мой перевод книги по политэкономии. Автор будет этой осенью в Москве на выставке нон-фикшн. Где-то через неделю книга появится во всех инет-магазинах, пока приобрести можно на этом сайте.

https://bookstore.tektime.it/bookstore/index.php…

#чтиво  #project #book #outsiders #мирдолжензнатьчтоячитаю#чточитаешь #чтоячитаюсейчас #чточитать #книга #книги #AlbireoMKG
#модночитать #ethosism #capitalism

Зы. Обложка автора. Наши варианты выложу следующим постом))

Image may contain: text

matter-ness

No automatic alt text available.

Edita Kučmášováto Math/Science Jokes & Puns (or GTFO!)

Эмиль из Ленберги на новый лад

#семейное #LarsMikkelsen #Emil
Отец Эмиля (Ларс): ну-ка стой, открывай, открывай!
Эмиль: что такое, папа?
Отец: это ты стащил колбасу!
Эмиль: твоя токсичная мужественность пугает меня. Ты потенциальный насильник. Все мужчины потенциальные насильники.
Отец: ну, прости меня… но ты стащил колбасу и тебя нужно вздуть!
Эмиль: я ребенок! Я за себя не отвечаю!
Отец: Вздор! Ты сожрал всю колбасу! Ничего не осталось!
Эмиль: Я думаю, что у меня синдром дефицита внимания и гиперактивности. И меня привлекает в колбасе форма пениса. Почему ее не делают в форме того, что у мамы или Иды внизу?
Отец: открывай, засранец! Ты отлично все понимаешь, подлец! Ты просто прячешься в этом сарае!
Эмиль: я не прячусь. Я пытаюсь обрести покой в своем безопасном месте.
Отец: да, да, занимаясь бог знает чем там.
Эмиль: папа, перестань! Я, вообще, не считаю себя Эмилем, я считаю себя, в первую очередь, человеком.
Отец: ах так.
Эмиль: да, так!
Отец: человеком, который сидит в сарае и ворует колбасу?
Эмиль (человек, ранее известный, как Эмиль): да, папа, более того, я, вообще, не считаю себя частью Ленберги. Да. Я Человек. Человек из стада.
Отец: О. Человек из стада. Подумайте-ка.
image

https://www.youtube.com/watch?v=MO631c6p26E

Эмиль из Ленберги на новый лад

#семейное О, поделились второй сценкой. Наш перевод с датско-шведского.

Датчане сделали смешную передачу, через выпуск там сценки про Эмиля, политически смешные. 

Люди из стада
Эмиль: Ну-ка
Отец Эмиля (Ларс): Эмиль, что ты делаешь?
Эмиль: Я не позиционирую себя Эмилем
Отец: Это не важно! Зачем ты ее туда затащил?
Эмиль: А что, раз она девушка, она не может играть по-взрослому?
Отец: Ты поднял свою сестру, на флагшток! Ну ты сейчас огребешь!
Эмиль: Во-первых, я хотел спасти ее от насилия мира! Во-вторых, она дала полное согласие на эксперимент.
Отец: Пара тебе говорит, что это флагшток. Это для флага.
Эмиль: Флаги это расизм!
Отец: Флаг это символ шведской демократии!
Эмиль: А, то есть сам символ не обсуждается?
Отец: Эмиль, ты убил свою сестру.
Эмиль: Я не согласен! Ее убила патриархальная структура общества! Ее собственная выкованная ментальность. А, нет! Люди! Люди из стада!

https://www.facebook.com/TaetPaaSandheden/videos/1123051391193689/?t=0

image

Tæt på sandheden med Jonatan Spang

Гении

Агата София

Это все дождь…

Его капли вернее сердечных,

Дробь по крышам не бывает зловещей,

Он- прохожий, отвернувший лицо,

Он грустит…

Твое сердце грустит если,

Ворожит,

Медитирует с тобой вместе,

И забраться б ему в мягкие облака,

Слезы радости высушить да пропасть…

Дождь

Душеспасительная ипостась.

image

#hi_from_reality

Image may contain: night, sky and outdoor

Darkus Ravenor

Человек без имени

))) всего золота мира мало

чтобы купить тебе счастье

всех замков и банков не хватит

чтобы вместить твои страсти

globalstreetart»Man with no name» large scale mural by @inoexpo in #Belarus

Instagram Post by GlobalStreetArt



Нескучной осени!

Клевенькая какая страшилка ^__^
Осеннее обострение

Вам нравится осень? Листопад? Все эти красивенькие разноцветные желтые и красные листья, устилающие землю? Мне вот когда-то нравилось. Теперь-то нет, конечно. Посмотрела бы я на того, кому бы это нравилось после такого. С другой стороны, может, в этом, в красоте, их тонкий расчет?

Все начинается в конце августа. Когда я иду домой и замечаю первые опавшие листья. С этого времени я начинаю свою ежегодную подготовку к самому страшному времени года. Ну, для меня самому страшному.
Слежу за знаками – в этом нельзя ошибаться, чуть просмотришь, пропустишь, на день обсчитаешься – и все.

К середине сентября я уже стараюсь не выходить на улицу лишний раз – собираю запасики еды, договариваюсь с начальством о том, что буду работать удаленно… я у них давно работаю, они привыкли к этой моей маленькой причуде.

В конце сентября я закрываюсь дома. В следующий раз я выйду на улицу только в середине ноября. Если выйду. Если выживу. Но я выживу. Я уже шестой год выживаю.

Не знаю… слушайте, на самом деле я реально не знаю, почему они ко мне прицепились. Понравилась я им, что ли. Я зову их листопадными детками. Хотя многие из них совсем не детки. Они живут там, в темноте и гнили, под опавшими листьями, вместе с гусеницами и червями.
Особенно им нравятся листья, собранные в кучи – домики-ловушки. Я мало что о них знаю, мне достаточно того простого факта, что они пытаются меня убить. Вот уже шестой год пытаются. Но у них ничего не выйдет.

Началось все с преследования. Преследование листьев, да, я понимаю, как это звучит, но мне все равно, правда. Это было преследование листьев. Они набивались мне в карманы, в ботинки, за воротник, в рукава, в сумку, цеплялись за волосы, летели прямо в лицо. Сначала скромненько – один-два листика. Потом побольше – пять-шесть. Потом они обнаглели совершенно и облепляли меня чуть ли не с головы до ног, только успевай стряхивать. Я не обращала особого внимания, потому что – ну да, потому что «преследование листьев» – это невероятная глупость.
А потом явились листопадные детки.

Я думаю, что они призраки. Или мумии. Или призраки мумий. Высохшие и шуршащие. Почти про каждого из них я нашла заметки – девочка прыгнула с гаража в кучу листьев и напоролась на арматурину, скрывавшуюся там, труп женщины, расчлененный и разложенный по мусорным мешкам, заполненным листьями для маскировки, мальчик, угорел от дыма горящих листьев… а вот один занимательный случай – женщина, умершая от удушья. Угадайте, чем была забита ее глотка? Вечерами я сижу и перебираю, перебираю, перебираю эти заметки.
Бумага старая, желтая, шуршит. Их много, листопадных деток. Про всех и не рассказать. И все время появляются новые. Заглядывают в окна, тихонько стучат по стеклу, шепчут, голоса ломкие, высохшие. И им нужна я, но меня они не получат. Пусть шепчут хоть до скончания века, я никуда не выйду, и у меня все заперто – ни один лист не проберется.

А они стараются пробраться, как они стараются! Но я всегда настороже. Ночью я выхожу в подъезд, собираю листья, занесенные туда ветром и людьми (больше всего – у моей двери, разумеется), сжигаю их. Окна не открываю, и стараюсь лишний раз не смотреть – специально повесила плотные шторы. На улицу, разумеется – ни ногой.

Иногда, правда, не выдерживаю, подхожу к окну и смотрю на них, а они на меня. Прямо все окно залепят ровным слоем, темно становится, как ночью. Вот так стою, смотрю, слушаю шепот и думаю – нет. Ни за что. Не выйду. Не действуют ваши гипнотрюки. Правда не действуют, кстати, я же не идиотка и листопадной деткой становиться не хочу.

Тут самое главное – пережить 31 октября, потому что в этот день они особенно сильные и разозленные – еще бы, опять у них ничего не вышло.
Стараются пролезть как только могут – но теперь-то я наученная, все картинки-фотографии с осенними листьями, если вдруг такие попадутся, сразу рву и сжигаю, телевизор не включаю. Были прецеденты, пролезали они так – больше не пролезут. Книги на всякий случай тоже не читаю.
Просто ставлю зажженные свечки на подоконники и под дверь и сижу, слежу – если вдруг хоть краешком куда-нибудь лист просунется, сразу сжигаю. Поэтому к ночи они совсем злятся и бесятся, все залепят, шуршат так, что оглохнуть можно, но мне-то что.

А потом все идет на спад, они ослабевают и засыпают, но я на всякий случай еще немножко сижу дома. Ну а потом уже можно и выходить, они уже не тронут, даже не заметят – и можно успокоиться до следующей осени.

Не знаю, для чего я это все рассказываю. Опытом поделиться разве что. Опавших листьев ведь везде полно. Следите за ними. Мало ли что. А если все-таки не уследите – то мы с вами потом встретимся. Но у вас ничего не выйдет. Ничего не выйдет, слышите?

Взято с ffatal.ru
Первоисточник: Крипи-фест на Diary.ru
Автор: Асенат

37675854_1890015291306594_54993925194121216_n

фото: Альбирео