Несколько месяцев, не знаю, мне запомнилось, что с февраля, но это не точно, мы писали Я здесь, и сначала нас просто, как нормальных писателей, которые пишут живые книги, штырило как наркоманов, добравшихся до склада с кокаином, просто от эмоций, разных. У нас они зашкаливали, мы попытались все это вписать в книгу, я всегда надеюсь, что смогу передать эти эмоциональные волны, но это уже читателям решать, как читатель, я знаю, что читатель испытывает другой эмопакет, от других сцен и других героев, чем писатель. Я, кстати, не могу объяснить, но вижу, теперь по книгам, где штырило других писателей. Обсуждать я это с ними никогда не буду, потому что это интимное и они будут мне всякую фигню нести и возмущаться, что я туда влез (со мной такое обсуждать можно, я не буду возмущаться). У меня, кстати, совпад с этими писателями очень редко бывает. Ну, меня редко штырит от того же, от чего и писателя. Бывает иногда, но прям слишком редко. Потом мы дописали первую часть, начали писать вторую и тут нас просто в какую-то шмяку размотало, мы хохотали целыми днями, просто до изнеможения. Вы бы знали, как меня раздражало дергание внешнего мира, что нужно что-то делать еще. Ну, это тоже нормальное авторское. Ублюдочный физический мир не может оставить писателя в покое. Это ужасно плохо, и хер бы с ним, с писателем, это плохо для мира и для читателя, потому что из-за этого мы губим хороший нарратив, не получаем его, потому что писатель занят всякой хуйней, кроме письма. Да, множество писателей пишут тоже хуйню, но как бы даже потеряв один нарратив-сокровище, мир теряет целый пласт хорошего будущего.
Потом нас намотало на якорные сцены, которые мы даже не уверены, что войдут в книгу, но их нельзя не писать, мы там решили, что если что, добавим их в #Hi_from_reality мы прописывали просто отношайки между героями. Как бы у нас действие второй части начинается — год спустя после событий. И там как днище вырвало на сцены, которые произошли в этот год (часть войдут флешбеками). Наконец, нас отпустило от ржача и блядок героев, и мы выкарабкались в сюжет. Сюжет идет так как нам нравится, прямо там удовольствие такое. Ну там мы пишем и так — о, неожиданно. Кан-Дзиру как и многие другие наши книги — живая. Мы отвечаем только за литературную подачу и за то, что акцентировать в сюжет. А за сам сюжет мы не отвечаем, мы там ничего не решаем, мы за героями записываем. Мы их спрашиваем про мотивации, пишем их от слов автора, но типа, почему Райм избивает любимых и все вокруг считают (включая любимых), что такая у него любовь, это не мы придумали. Или например, сама идея, почему благородный король Кан стал тираном, нельзя было как-то иначе, ну. Ну, может, и можно. Но он не решил иначе, он решил. И Райм посылает нежную чарующую влюбленную в него принцессу играть в кубики, со всей ее всепринимающей любовью и нежностью, потому что ее не за что бить, и не за что страстно любить. Ну да, это знаменитое — о чем с ней трахаться?
Ну и вот, да, якорные сцены еще вспышками врываются в письмо, но уже не потоком из рванного мешка. Мы создали два файла — якорные сцены и сюжет, так вот, писали неделю сюжет, так герои, изнемогая, вползли через сюжет с якорными сценами в файл сюжета)))
Это вам прям вот все вводные данные, что происходит на авторской кухне у нас сейчас.
Это базовый пост, я буду на него ссылаться, когда буду писать обрывки авторских мымлей)))
Тут должна быть общая картинка, но я эмоционально измочален и мне ничего не пришло в голову, поэтому держите Эшти. Персонификация Запада. Старый феб. Даже старше Феникса. Как и Ладзой в свое время, влез как служебный персонаж (в конце первой части), во второй занял половину эфирного времени, раскрыл необходимую грань мироустройства (вторая часть вообще вся про мироустройство), ну и вообще, как обычно, всеобщая радость и благоденствие.
