Я получил стариковское почетное приглашение участвовать в Вопросе недели от Ночесветки, поэтому слушайте. Кстати, мы тут с председателем Союза писателей Варны сдружились, он тоже все это старичье унылое перетряхнуть хочет, и вот тоже решил всем этим, которым прогулы ставят на кладбище, почетных членов дать и вывести, нахрен, с ключевых постов. Эт правильно, я считаю.
Вы по вопросам сами тоже высказывайтесь. Я все забываю (старческое) в постах вопрос задавать. Эффективно, но непривычно, видите, я-то с тех времен блогов, когда пост был по умолчанию приглашением к разговору, не было такого, что ты проорал в интернет, а когда к тебе пришли, ты сразу визжать на высоких нотах, мол, вы у меня в гостях, вас сюда не звали. Гнусно. Интернет был придуман (когда его для людей выпустили) как общее место общения. Не хочешь общаться, просто завали хлебало. И все. Ну и вот забываю спрашивать читателей, мол, а вы чо думаете по вопросу. А мы молчите и у меня складывается ощущение, что вы вообще не думаете. Что вам ни на что нечего сказать.
ВОПРОС НЕДЕЛИ
Бывало ли у вас, что вы перерастали писателя? Расшифрую. То есть вы нашли своего писателя, читали каждую его книгу и с нетерпением ждали следующую, а потом неожиданно поняли, что всё, что-то не то. Возникло некое ощущение, что его книги не дают вам расти и развиваться, например. Или вы повзрослели, а книги нет.
Вообще, вопрос, конечно, важный. И хороший. Я сейчас обдумываю пост как раз на эту тему, только с другого акцента, кстати, может, попробую тут и написать.
Говорить мы будем только про хороших писателей, даже про талантливых.
Так вот, я почему говорю, что автор должен быть неограниченным. Потому что если это одаренный автор, в нем обязательно сверкнет duende — это такой огненный демон танца Фламенко, танцоры говорят, что если ты прям хороший танцор, то раз в жизни у тебя загорится во время танца этот duende. У авторов так же, мы пишем, пишем, плохо сначала, потом хорошо, потом еще лучше, потом то, что хотим, потом то, что хочет duende писателя, мы вступаем в эту реку счастья писателя и хыщ! Ап стену. И мы не знаем это, не чувствуем даже, нам кажется, что все хорошо, что боль от удара, это писательское чувство просто. И все. Мы сломали историю и не заметили. Потому что у этой стены мы столкнулись с нашим ограничением, этот огонь писателя вел нас дальше и выше, собственно, это та самая высшая награда писателя, но мы не смогли справиться с масштабом истории, в которую вцепились и повели ее по стеночке, нам не хватило сил разрушить стену своих ограничений. Некоторые, я напомню, это касается только хороших писателей, видят эту стену и решают за шаг до удара ходить по стеночке. Так они остаются хорошими писателями, которых можно читать, можно не читать. Ничего больше не обретешь от них, и не потеряешь. Зато они могут писать теперь крепенькое и посредственное и, наконец, начать зарабатывать. Есть честные и грустные, которые видят стену и говорят — я вижу, но пока у меня нет сил ее пройти. Этим стыдно продолжать писать. Искорка этого duende все-таки зажглась в них. Они, к сожалению, часто перестают писать. Потому что уже доходят до этой идеи, что писатель не может быть неограниченным. А самое забавное, что если писатель ломает свои стены, и идет за историями, в нем горит это duende, он счастлив, его истории не могут устареть, и ломает стену за стеной, мы этого не замечаем, как читатели))) мы просто читаем эти истории и они никогда не устареют. Их нельзя перерасти.
С другой стороны, есть такие книги-ступеньки и для автора это счастье, если читатель его перерос. Потому что он для этого и писал, чтобы дать читателю пинка в космос. Например, счастье для мира и для автора перерасти Крапивина. Он ведь для этого и писал! Счастье перерасти Яну Вагнер. Ну только прямо понять и перерасти. А то ж бывает, что читатель не дорос, ему непонятно и он эту непонятность за скуку считает.
Есть писатели, которые пишут для определенного этапа и они очень важны на нем. Ну например, как бы Пелевина стоит перерасти или не так даже, через него стоит расти. И обязательно перерасти.
А есть писатели, которых не перерастешь, потому что они тоже растут. Некоторые с тобой, а некоторые были так далеко наверху, что расстояние не сокращается.
Беда в том, что да, я встречал авторов, которые ударялись о стену своих ограничений. Это вызывало у меня огромную досаду. Но я никогда не думал, что я кого-то перерос, хотя я честно скажу, да и говорил уже много раз, что для меня прямо новое и неизвестное, необдуманное, стоящее прямо моего мозгового усилия и развития, пишет только Паша Амнуэль. Как-то больше не встретил я никого за читательскую карьеру. Не, это не умаляет талантов и не умаляет моих восторгов другими многими писателями, писатели все разные, я люблю их всех за разное, я говорю о том (как я изящно заменил «но», заметили?), что если раскидать по идеям, то это восторг, как классно автор осветил тему, как классно автор сформулировал, как красиво автор рассказал историю, как интересно автор акцентировал, как разбил шаблоны. Но я вижу структуру и знаю глубину идеи. Ну как бы, это красиво оформленное знание, которое у меня уже есть. Амнуэль пишет про то, про что я не знаю, но должен знать. И тем не менее, я не считаю, что я перерос Печенюшкина, например. Это было спасение, один из лучей света, наряду с Николаем Леоновым, во мраке 90х. Как можно перерасти луч света?
Хорошо бы сейчас иметь такие лучи, в сегодняшнем мраке. Но их нет. Всякое есть, талантливое есть, а лучей света я не нашел. А у Печенюшкина длина волны не та)) она для тогда, не для сейчас.
Или вот одна из основных участниц Вопроса недели ответила, что читала детские детективы, а потом все, что-то не то, переросла. Нет-нет, я помню этот момент, это не мы переросли, это издательство скурвилось и начало печатать просто лютейшую хрень, что-то вроде русского фарса какого-то Роньшина и Насержака с его уныдлятиной. Кого-то они сократили, видимо, а кто остался, не умел находить сокровища как Тайна заброшенной часовни Ежи Брошкевича и Розы миссис Черингтон, Райс Крейг.
Так что трудный вопрос. Но если прямо ответить по условиям вопроса — вы вот все читали, а потом стало что-то не то — это не вы переросли, это автор ударился и убился о стену своего невежества. Что всегда, как пел Кирокоров, все это грустно и немного жаль.
БЛИЦ
ЧИТАТЕЛЬСКОЕ
- Цитаты из книги в отзыве: да или нет? Зачем, если да? Почему, если нет?
- Читать под музыку или в тишине?
- Вступать или нет в спор с читателем, которому не понравилась книга вашего любимого писателя?
- Если они обоснованные и неконтекстные. Ну, если они как-то встроены в отзыв. А когда это — ну вот смотрите как здорово.
Нет, не здорово. Голенько, потому что выдернуто из контекста.
- Мне все равно. Я люблю, когда музыка играет фоном, но я ее не замечаю, она просто общий тон поднимает. Поэтому я могу читать под музыку, я просто ее не слышу как музыку, поэтому мне кажется, что я читаю в тишине.
- Ха, зависит от читателя. Я вообще вступаю в спор, если мне не пофиг на человека, если я бы хотел иметь его в жизни как-то, ну или жить в мире, где он живет. У меня споры все, это чтобы помочь людям, с которыми я спорю увидеть пропасть в логике, найти ее, что-то с ней сделать, ну или осознанно пояснить (больше себе), что нет, там с логикой все хорошо. Поэтому если это стоящий человек, способный понять, я начинаю спор. Спор, кстати, для меня и та же проверка, способен человек идти дальше или нет. Часто нет, но зато как же по-асадовски приятно, когда да! А если там болванка человека или я вижу, что человеку больно и этот спор — это его стена, я отваливаю, оставляю кусочек Настоящего и отваливаю. Поэтому для меня все эти — каждый при своем, не хочу спорить — ну признак, что рано там еще человеческое общение, а на смоллтоки ну жалко времени, ну блин, ну просто жалко! Столько красивого, столько человеков красивых, ну нафиг это вот пустое сладенько-водянистое. Поэтому ну вот чо я буду какой-нибудь успешной женщине про Ефремова или Амнуэля рассказывать? Ну, вон, можно выйти в сад и с тем же успехом тле рассказать. И то, мож, толку будет больше, может, она как проникнется и как переродится каким-нибудь крутым человеком.
ОБЩЕЕ
- Пшённая или овсяная каша?
А есть разница? Я каши не люблю как класс, они для меня все одинаковые.
- Жить на нижних или верхних этажах?
На первом, только на первом. Ненавижу лифты и лестницы, ненавижу путь домой. Мне надо сразу в дом вбегать.
- Осенние туманы или листопад?
Листопад. Я не люблю вот это тусклое, унылое и мокрое.
ШУТЕЙНОЕ
Октябрь — это… (продолжите фразу).
Кстати, одна из участниц основного Вопроса недели, красиво так ответила, что это четверг года.
Октябрь — это Высший суд.
Вот еще вариантики от великих:
Теперь октябрь не тот,
Не тот октябрь теперь.
В стране, где свищет непогода,
Ревел и выл
Октябрь, как зверь,
Октябрь семнадцатого года.
Есенин
Кто дожил до Октября,
Поработал он не зря
Бальмонт
Уж вещий ворон каркал над дубровой,
И мертвенного пурпура ветвей
Вихрь не щадил, свободный и суровый,
Как древнего величия царей
Мережковский
